НОСКИ

С жизнью контрактов не пишут. Николай Переверзев родом из Омска. Его дед, тоже Николай, погиб на войне, в составе сибирских дивизий, которым выпало спасать Союз.
Отец Николай Николаевич был полярник, по полгода пропадал в экспедициях. Сын его не помнил: когда мальчику было 3 года, семья распалась, и он остался с матерью, работавшей бухгалтером в горторге. В школе у Коли прорезалась склонность к математике. Откуда взялись такие гены, только Богу известно. Коля дружил с сыном математика из автодорожного института, соседи шутили, что оттуда и «надуло» бухгалтерше, пока муж пропадал на Севере.
В 6-ом классе Коля победил на математической олимпиаде, в 10-ом – стал первым в районе математиком, обладателем медали.
По окончании в 22 года университета с красным дипломом работал учителем математики в родном городе. Его назначили классным руководителем 10-го «А». Просматривая в журнале список учащихся, наткнулся на имя - Компаниец Люба. «Известный композитор, интересно, как выглядит эта Люба?». Придя в класс, Николай Николаевич, прежде чем устроить перекличку, внимательно осмотрел ребят. «Какая из них?» На последней парте в правом ряду, в проходе его обожгли серые, с татарским разрезом лучистые глаза.
- Компаниец Люба, - неожиданно для самого себя сказал он, не глядя в журнал.
Девушка, слегка покраснев, встала. У нее оказалась длинная, до пояса, толстая русая коса.
Детям новый учитель пришелся по душе. Во время объяснения он, бывало, невзначай посмотрит «в ту сторону» и замрет, увидев склонившуюся над конспектом русую головку. Учитель считал кощунством даже думать о чем-нибудь, что не касается урока. Есть ватерлиния, и перейти ее нельзя. Дети «читали» его, словно мысли бежали строкой по лбу.
Через полгода НН, как его прозвали, покинул школу. Его вызвали в Москву, в аспирантуру. Затем была учеба, блестящая защита диссертации, еще одна защита, и в 29 лет молодой доктор наук приехал в Омск повидаться с родными перед длительной научной командировкой за океан, в Канаду, по спонсорству Международного фонда развития науки. От учителей Николай узнал, что Люба после школы окончила медицинский институт, неудачно вышла замуж, развелась. Сейчас работает врачом в районной поликлинике, воспитывает дочь.
Все дальнейшее было как во сне. Николай бессознательно задерживал свой отъезд в надежде на встречу. Он даже уговорил себя, что заболел, а организм взял и выполнил «заказ». Это было несложно: человек страдал врожденным пороком сердца. Мать вызвала врача на дом. Случилось так, что пришла доктор Компаниец. Женщина с внутренним трепетом прикоснулась к телу человека, которого со школьных лет видела в своих грезах. Вдруг он вырвал из ее рук стетоскоп и, неумело поцеловав, покраснел как школьник. «Вот и весь порок! - воскликнул он. – Мама, я нормальный!»
Мать приняла поцелуй как знак благодарности. А доктор поспешила и, сунув ему в руку скомканный рецепт, осторожно закрыла за собой дверь. Развернув бумажку, он прочитал: «На месте сердца обнаружен математический прибор. Люблю».
Уже перед отходом поезда Николай через окно увидел бегущую с букетом женщину и, выскочив через тамбур, не глядя и не думая, поднял ее и стал целовать в щеки, губы... Поезд уже тронулся, и, схватив букет и какой-то сверток, Николай прыгнул на подножку.
В пакетике оказалась пара серых шерстяных носков ручной вязки с вышитыми красными нитками буквой «Л» и запиской: «Храни мое тепло. Прости». Адрес и номер телефона. Приложившись щекой к носкам, Николай вживую ощутил тепло рук, касание пальцев. В них пульсировала какая-то неведомая энергия.
Николай летел в Канаду на крыльях. «Почему я люблю?» - пробовал он анализировать чувства своим острым математическим умом, но понял, что предмет не поддается просчету. Объяснить можно ошибку, правильное решение можно обосновать, но объяснить нельзя.
Когда самолет сел в аэропорту Пирсона в Торонто, оказалось, что пропал чемодан. Это было первое испытание земной тяжестью после космической невесомости. Из гостиницы Николай отправил письмо Любаше: «Носков нет, но я люблю не только ногами, твое тепло остается при мне». Даже попробовал изложить стихами: «Когда компьютер был большой, а я был маленький...». Но дальше не пошло.
Назавтра привезли чемодан.
Жизнь ученого замелькала. Лекции, доклады, конференции, статьи в научные журналы. Не заметил, как пролетели два года. «Вот уже и четвертый десяток разменял, а личного счастья нет, - думал он в редкие минуты затишья. – Глупо считать, что «сегодня» - это черновик, начисто будет потом. Не будет «потом».
И тут ему предложили очень выгодный и престижный контракт на 5 лет, с последующим продлением. Так русский ученый стал «утечкой умов».
Была бы тревога, фабула найдется. В университете Николай встретил тоже Любу и тоже из Омска. Это очень сблизило. В перерыве между двумя научными конференциями наспех поженились. Детей не завели: то, чего боишься, настигнет тебя. За делами не заметил, как стали прорезаться лысина и обозначаться живот. Все больше задумывался о смысле жизни. Из головы не выходили вычитанные где-то стихотворные строки:
Аксиомы, теоремы –
Это «Кто мы» и «Зачем мы?».
Не забудем – люди.
Только как ни лезь из кожи,
Доказать «Зачем?» не можем.

В глубине души Николай знал ответ – чтобы начертить след в науке и, главное, любить и быть любимым, оставить потомство, которое пойдет дальше, выше. Чтобы в доме было тесно и весело от детей и друзей. Но с главным-то у него не получалось. «Слишком много случайностей и несовпадений на одного человека». Казалось, что его жизнь за него делал кто-то другой. «Тряпка», – укорял он себя и с силой давил на клавиши компьютера, готовя очередную статью. Почему-то на белорусский манер произнес «трапка».
Жена известного канадского профессора Н.Н. Переверзева собрала очередную посылку одежды для своей омской родни. То ли случайно, то ли по умыслу в нее попали носки, в историю которых она была посвящена. Посылка благополучно дошла до адресата, и вместе с другой одеждой носки оказались на барахолке. Их купила, как читатель уже догадался, Любаша Компаниец и тотчас посылкой отправила назад, в Торонто. «Не знаю, как мои-твои носки попали на базар и именно в мои руки, - писала она. – В жизни, оказывается, бывают не только потери, но и находки... Недавно у нас была делегация врачей из Канады. Меня, как «имеющую контакты» с этой страной, пригласили. Спрашиваю доктора из Калгари про тебя, представь себе, не знает! «Как, говорю, математика, царица наук?». «У нас, отвечает, одна царица – английская королева». Вдруг спохватилась: «Ах, да, был один русский, только не математик, а мафиози, и не Переверзев, а Япончик, и не у нас, а в Штатах. Еще у него подружка была...». Клянусь, не я. Но главное – ты реабилитирован.. По-прежнему люблю и ни на что не надеюсь. Твоя Люба. P. S. Я беру уроки английского, хочу знать язык, на котором разговариваешь ты. Let`s keep in touch. Keep me in mind. (Давай не терять связь. Не забывай меня.)».
Недавно позвонила, поздравила с днем рождения. «Не слышу! – закричал он, припав к трубке. - Звони громче! Бог дал разум и не научил, как пользоваться...».
Николай попробовал поговорить с женой о разводе. Но та закатила истерику, упала в обморок. Закончилось горьким примирением, хотя вроде и ссоры не было.

В редко выпадавшие свободные часы Николай любил «прошвырнуться» по Интернету. У него тут были любимые магистрали, трассы, стриты, авеню. Заветные закоулки, в которые он в реальной жизни заглянуть не отважился бы. Наедине с собой он называл это - «побеседовать с дураком». И тут Николай наткнулся на поразившие его стихи.
«Хочу стать умным, но не знаю как», –
С вопросом обратился к мудрецу дурак.
Мудрец сказал:
«Но, сын мой, невозможно это».
«Но ты же стал...»,
«Так я не спрашивал советов».

Николая как током ударило: «Это же про меня!». Он понял, что, сам того не сознавая, искал в многомерном виртуальном пространстве ответа на мучивший его вопрос «Как быть?», на который в реальном трехмерном пространстве не находил ответа. Еще он понял, что за него этот вопрос никто не решит. Словно напав на жилу, Николай лихорадочно вчитывался в стихотворные строки поэта. И вдруг вскричал: «Нашел!». Это оказалось пророческое двустишие: «Стихия воды лишь тогда покорилась Моисею, когда уж по горло в воде оказались евреи».
«Все, – сказал себе Николай, – завтра отбиваю телеграмму Любаше: «Приезжай, с нетерпением жду!». И, подумав, добавил: «У меня все в порядке». «По горло в воде», – шептал он.
Вот пока и вся невеселая история.

От автора. Истина, «вживленная» в меня «Кратким курсом» на долгую жизнь: случайность – это форма проявления необходимости.
В том яблоке, что озарило Ньютона,
Все правильно и все запутанно,
И вот в чем дело: чтоб яблоко упало, притяженья мало -
Оно «ударило», когда созрело.