logo257x50
Rate (CAD)
USD 0.80
EUR 0.69
RUB 57.21
 
Today
3 °C  Today weather
Tomorrow
8 °C  Tomorrow weather
 

Величайший наркобарон из Торонто, изменивший все правила игры на мировом рынке. Он – Джефф Безос наркоторговли

11/21/2021
0

Це Чи Лоп, подозреваемый главарь преступного синдиката с состоянием в $21 млрд., может быть наиболее инновационным наркобароном в мире. И Торонто был его тренировочной площадкой.

Це Чи Лоп не выглядит как крупнейший наркобарон в истории. Он выглядит измученным торговцем средних лет, которым он и является. Только вот товары, которые он продаёт, представляют собой дорогостоящие нелегальные наркотики: героин, кетамин и метамфетамин. Це управляет наркосиндикатом, известным правоохранительным органом как Sam Gor («Сэм Гор»), что в переводе с кантонского означает «Брат номер три». Самих членов банды называли просто «Компания». Согласно подсчётам Управления ООН по наркотикам и преступлениям, годовой доход Sam Gor составлял $21 млрд.

Практически каждое издание называло Це Чи Лопа азиатским Эль Чапо. Однако такое сравнение просто не могло быть ещё менее точным. Хоакин «Эль Чапо» Гузман, лидер мексиканского картеля, взял на себя ответственность практически за 3,000 убийств в нарковойне, которая забрала около 300,000 жизней. Це никогда не использовал такой подход. Он достиг таких масштабов Sam Gor не убийствами и пытками, а развитием своего бизнеса: сокращая стоимость единицы товара, предоставляя качественный продукт по разумной цене и устанавливая крепкие связи с ключевыми партнёрами. Разница также и в масштабах: стоимость картеля Эль Чапо составляла в лучшие свои дни лишь $3 млрд. – это малая часть стоимости Sam Gor.

Вести бизнес Це научился в Торонто. Семена того, что позже стало крупнейшей в мире наркоимперией, были посеяны во времена его выживания на «диком, диком Западе» героиновой волны конца 80-х и начала 90-х. 

Карьера Це отражает меняющуюся природу преступления, методов производства синтетических наркотиков, традиционных полицейских практик, а также общие изменения бизнеса. Традиционная организованная преступность пришлась на 20-е столетие. Sam Gor – чистейшей воды инновация 21-го. Его успех сводится к технологическим инновациям, безжалостной концентрации внимания на клиенте и международной логистике. Це Чи Лоп намного более эффективен (и опасен), чем Эль Чапо. Он – Джефф Безос наркоторговли.

С самого начала своей карьеры Це Чи Лоп был новатором. Он родился недалеко от Гонконга, а в возрасте 25-ти лет переехал в Канаду и привёз с собой свою невесту. Вскоре за ним последовали и родители. Це с женой завели детей в Торонто: сначала дочь, затем сына. У него была достойная работа в компаниях Fujifilm и Kodak.

В то время в Торонто бушевала высокая конкуренция между азиатскими преступными организациями, включая группу вьетнамских гангстеров, поддерживаемых бандой Born to Kill из Нью-Йорка, а также группировку Fukienese с поддержкой Бостона. Все они боролись за территорию. В 1990 году Питер Юэн, сейчас замначальника полиции Торонто, тогда был детективом, работающим под прикрытием на пике преступности. «Были постоянные и жуткие перестрелки», – вспоминает Юэн. Однажды он пробрался в нелегальное казино. Туда ворвались четыре члена банды, чтобы забрать украшения и кошельки посетителей, а также деньги казино. Они нашли у Юэна полицейский значок и избили так, что его рубашка была вся в крови. Один из грабителей засунул ему в рот автомат 45-го калибра, другой приставил к его голове револьвер .357 Magnum. Он услышал, как спустился курок, и они убежали. Как установила позже экспертиза, это была спасшая жизнь осечка. «Это было похоже на просмотр фильмов про триады», – говорит он. «Копы тоже были, как собаки. Мы хотели сказать бандам, что это наши улицы».

В тот период Це входил в группировку Big Circle Boys. Он был игроком среднего уровня, но с крупными амбициями, и его позиция усиливалась. ВСВ представляли собой группу международных преступников высшего ранга, которые появились в Гуанчжоу в 1960-х. Триады, мафия, байкерские банды, японские якудза – у всех этих криминальных организаций есть определённые общие черты. У них есть официальная иерархия с членством; они носят униформу; у них есть обряды посвящения; они контролируют территории, а также использование их имён. В некоторых китайских триадах требуется 36 отдельных клятв. Мафиозные семьи не разрешают тем, кто не является членом мафии, использовать их имя без разрешения; если вы назвали себя членом семьи Гамбино, лучше бы вам им действительно быть. Ничего из этого не присутствует в ВСВ. Они фактически просто коллеги. У них нет строгой иерархии, нет чёткого свода правил. Они преступники, и они организованы, но они не представляют собой организованную преступность. 

Дэвид Ау, бывший сержант RCMP, специализировавшийся на азиатской организованной преступности, объясняет, что такие традиционные банды, как Hells Angels, можно сравнить с шариками в стеклянном сосуде, где каждый шарик на своём месте. «Этот сосуд стоит по центру стола, а вокруг него полицейские, и они могут изучить этот сосуд с шариками. Изучая его, они видят, где находится каждый шарик». В метафоре Ау группировка ВСВ представляет собой перевёрнутый сосуд, вокруг которого скачут все шарики, постоянно находясь в движении. Кто угодно на улице может назвать себя членом Big Circle Boys. Как полицейскому понять, что он взял того, кого он думает? Когда вы раскрыли какую-то преступную ячейку, кого именно вы раскрыли? Как вы проникните в организацию, которая распадается и меняется для каждого нового проекта?

Эти радикальные преступники-бизнесмены начинали в качестве партизан-коммунистов и хунвэйбинов во время Культурной революции. Их отправили в провинцию Гуандун на юго-востоке Китая для переобучения в 1960-х и 1970-х. Некоторые позже сбежали в Гонконг: либо через горы, либо проплыв 12 километров через Дип-Бей. Многие из второй группы утонули в пути.

В отличие от стандартных банд Гонконга, члены ВСВ прошли обучение полувоенизированных формирований, и к концу 1970-х они были известны уличными столкновениями с местной полицией с использованием ручных гранат и АК-47. Они регулярно грабили ювелирные магазины и банки. Полиция Гонконга идентифицировала новый вид преступников Гуанчжоу как Big Circle Boys, потому что Гуанчжоу на их картах был большим красным кругом. В течение нескольких лет преступники Гуанчжоу начали улетать из Гонконга в США, Южную Америку, Таиланд, Нидерланды и чуть позже – в Канаду.

Однако, как только они прибыли в Канаду, ВСВ поняли, что их старые преступные методы не работают в новой стране. Они недостаточно хорошо понимали систему. Они не могли ограбить банк, потому что не знали, как деньги доставляются в банки. Они не могли ограбить ювелирный магазин, потому что, в отличие от Гонконга, в Торонто большая часть операций проводится с помощью карт, а не наличных.

Лишённые возможностей, они начали с самого дна – карманных краж. Однако они быстро поняли, что кредитные карты и удостоверения личности в украденных ими кошельках были более ценными, чем наличные, если их правильно использовать. С помощью ID они ввозили в страну нелегалов, переделывая настоящие паспорта и карточки в идеальные поддельные. Они использовали кредитные карты для мошенничества, срезая оригинальный номер на краденой карте и аккуратно налепливая рельеф нового. Последний часто предоставляли официанты, дважды проводившие карту при оплате: один раз для реального ресторанного счёта, а второй – для записи номера с целью его последующей продажи. Вскоре они увеличили масштабы мошенничества с кредитными картами, подделывая от 10,000 до 30,000 карт за раз с помощью своих связей с китайским производством.

ВСВ являются одной из причин, по которым вам теперь необходимо вводить PIN-код при оплате крупных покупок карточкой.

Это были люди Це Чи Лопа – чрезвычайно хорошо приспосабливающиеся граждане мира с инстинктом на большие деньги. В то время как другие преступные организации в Торонто убивали друг друга из-за мизерных сумм, ВСВ создавали совершенно новые предприятия и проекты. Алекс Чанг – лектор Оксфордского университета, написавший свою диссертацию на тему ВСВ в Канаде. «Они очень быстро поняли, что насилие слишком дорого стоит», – объясняет Чанг. «Канада для них слишком дисциплинирована и упорядочена». Они отреагировали на эту упорядоченность самообучением в реалиях рыночных условий, а не убийством своих врагов. ВСВ начали нанимать так называемых sifu – это кантонский термин, который в общих чертах переводится как «учитель», но на практике соответствует понятию консультанта. «Каждый раз, когда они хотели зайти на новую зону, новый рынок, в новый вид торговли, они нанимали кого-то, чтобы научиться тому, как это сделать», – говорит Чанг. Чтобы изучить бизнес кредитных карт, они наняли производителей. Для наркоторговли они наняли химиков. Они привнесли промышленный подход в организованную преступность. И Це стал величайшим новатором.

В 1990-х Це помог установить одну из наиболее впечатляющих систем поставки наркотиков в истории. Он и его коллеги заметили пару важных фактов: было просто ввести наркотики из Азии в Канаду, было относительно просто перевезти наркотики через границу из Канады в США, а США были крупнейшим рынком наркотиков во всём мире. Поэтому при наличии правильных связей были шансы построить стабильную логистическую цепочку для ввоза героина через Канаду.

В то время семья Риззуто в Монреале, печально известная канадская мафиозная организация, уже установила сеть поставок кокаина, покупая товар напрямую у колумбийских картелей, используя Hells Angels в качестве дистрибьюторов в Канаде и доставляя товар в США. У Big Circle Boys появилась идея использовать для своей торговли героином кокаиновые маршруты Риззуто. И Риззуто согласились.
ВСВ импортировали из Таиланда героин высочайшего качества, выращенный на маковых полях Золотого треугольника. Из Таиланда товар поставлялся в Ванкувер, затем в Торонто, а потом перевозился в США с помощью сети дистрибьюторов семьи Риззуто. «ВСВ доминировали на рынке наркоторговли, будучи более эффективными и побеждая в конкурентной борьбе», – говорит Чанг. Они проявляли гибкость и всегда адаптировались к рыночным условиям.

Це был частью группы, которая вела переговоры относительно сделки, и к 1997 году он был тем человеком, который привозил все наркотики из Азии. Марк Кэлнан, агент ФБР, многие годы следящий за Це, говорит, что ключевым пунктом успеха Це были хорошо установленные полезные связи – нетворкинг. «Он был отличным дипломатом и мыслил нестандартно. Просто вдумайтесь: он использовал сицилийцев для поставки героина. Это требует невероятной смелости». Сеть Риззуто включала в себя семью Бонанно на американской стороне и Ндрангета – в Европе. Це брал пример с коллективного духа Риззуто. Наркотики прибывали к восточному побережью, спрятанные в грузовиках. Они приезжали из Торонто в парикмахерские на Лонг-Айленде, которыми управлял Эммануэле Ло Джудиче, известный как Мэнни Парикмахер. Часть товара продавалась на улицах Нью-Йорка, а часть направлялась во Флориду.

ВСВ заработали сотни миллионов долларов на этой сделке, и они наслаждались роскошной жизнью, говорит Чанг. Следователи, наблюдавшие за ВСВ, жаловались, что им приходилось питаться в дорогих ресторанах семь дней в неделю, чтобы не упускать объекты из вида. Иногда несколько членов ВСВ попросту арендовали весь ресторан на вечер и платили владельцу сумму, которую он бы заработал в случае полной посадки. Це был одним из этих людей. Он общался с кинозвёздами, и это была отличная эпоха для китайских кинозвёзд, приезжающих в Торонто, например, Аниты Муи – Мадонны Гонконга. Однако с успехом в наркоторговле приходит слава, и со временем полиции становится известно твоё имя. Тебя разрушает собственное имя.

ФБР знало, что Канада является источником большей части героина в США, и бюро хотело знать, кто ввозит наркотики в страну. Этот вопрос привёл к многолетнему сотрудничеству ФБР с Канадской королевской конной полицией, а также местной полицией в Торонто, Монреале и Гонконге. Расследование началось в 1992 году с ареста уличного дилера в Бронксе. Вскоре правоохранительным органам стало известно имя его поставщика – им был Йонг Бинг Гонг, известный как Сонни. Он управлял масштабным бизнесом по перевозке наркотиков из тюрьмы, где он отбывал пожизненное заключение за похищение и вымогательство.
Расследование получило название Sunblock – составное слово от «Сонни» и тюремного блока, в котором он находился.

Операция Sunblock добралась до перевозчиков по обе стороны границы: от Пола Квока, жителя Скарборо, который впервые встретил Сонни в тюрьме и потом занимался перевозкой транспорта с героином через границу, до Мэнни Парикмахера в Лонг-Айленде. Операция привела к дюжинам утвердительных обвинений, включая те, что были оформлены в отношении Квока и Гонга в 1996-ом. Имя, которое копы постоянно слышали в качестве главного источника связей, было Це Чи Лоп. К 1998-му он остался единственным в списке.

Проблема заключалась в том, что Це находился в Китае. У США не было соглашения с Китаем об экстрадиции, однако с Гонконгом было. Марио Ламот, сержант уголовного розыска полиции Монреаля, специализирующийся на азиатской организованной преступности, стал ключевой личностью, обеспечившей поимку Це. Именно его осведомители рассказали полицейским, когда и где Це будет пребывать в Гонконге. «Я был на грани нервного срыва», – признаётся Марк Калнан, принимавший участие в аресте. «Я принимал участие в достаточном количестве операций, связанных с наркотиками, чтобы знать: в половине случаев всё идет не по плану. Я представлял, как возвращаюсь домой ни с чем». К счастью, осведомитель Ламот оказался прав. В августе 1988-го Це появился в ресторане в районе Чимсачёй, где полиция Гонконга его и арестовала.

Big Circle Boys не ссорятся с полицией. Они известны тем, что жмут руки копам, которые их задерживают, и поздравляют их с поимкой. Во время допроса Калнан сразу понял, что Це отличался от других влиятельных преступников. «Некоторых преступников можно распознать за милю из-за того, как они одеваются, как несут себя. Они хотят выглядеть, как гангстеры, как Лицо со шрамом. Мне всегда казалось, что таки люди – лишь подобие гангстеров», – говорит Калнан. «Никто не выглядел более законопослушным, чем Це Чи Лоп. Когда я увидел его, то понял, что он мог быть обычным менеджером в местном банке. Он вёл себя по-джентельменски». Ваша мама была права: манеры имеют значение – даже между наркодилерами и полицией.

После своего ареста Це заключил соглашение, признав свою вину в одном акте сговора с целью ввоза героина в США в обмен на девятилетний тюремный срок, который он отбыл в Огайо. Во время пребывания в тюрьме Це попросил, чтобы его отправили обратно в Канаду, где жила его семья. В своём прошении о помиловании он указал, что у его сына были серьёзные проблемы с лёгкими, родители были больны, а жене нужна была поддержка. Он поклялся вернуться в Торонто и открыть ресторан. Судьи ему отказали. Однако Це времени в тюрьме зря не терял. Он завёл новые связи, включая Ли Чанг Чака, известного как Джон, ещё одного контрабандиста и гражданина Гонконга.

Когда Це выпустили в 2006 году, он вернулся в Торонто, где до сих пор проживала его семья. Но он понял, что перерос этот город. Его связи с Риззуто в большинстве случаев всё ещё находились в тюрьме или были втянуты в дорогостоящие кровавые вендетты. Гонконг вернулся к китайскому контролю, и Китай присоединился к Всемирной торговой организации. Тем временем, к середине нулевых мировой рынок героина начал сокращаться, а рынок синтетических наркотиков был на подъёме. 

Це увидел, какую возможность представляют собой синтетические наркотики в Азии – и не просто в вопросе размера рынка, в пять раз превышающего Северную Америку. Синтетические наркотики также было намного дешевле производить. Чтобы произвести тонну героина, понадобятся тысячи фермеров. Чтобы произвести тонну мета, нужны лишь 10 человек. Материалы – псевдоэфедрин, безводный аммиак и фосфор – невероятно дешёвые. В некоторых случаях их стоимость составляет менее $1,000 за тонну. Более того, эти материалы доступны в большинстве частей Азии. Це понял, что может изменить всю бизнес модель нелегальных наркотиков.

К 2011 году Це с семьёй покинули Торонто и переехали в Гонконг. Приблизительно в это время, по мнению полиции, он объединился с Ли Чанг Чаком, чтобы создать синдикат по производству метамфетамина, который позже будет назван Sam Gor. Одним из нововведений Це, которое определило его организацию и кардинально изменило структуру индустрии нелегальных наркотиков, была гарантированная доставка. Если дилер заплатил за наркотики, он их получит. Если их перехватят, Sam Gor заменит их без дополнительной платы со стороны покупателя. Гарантированная доставка была возможной, так как стоимость производства товара была ничтожной. На этой идее Це построил империю.

В ранние дни существования Sam Gor Це делал то, что умеет лучше всего: он решал проблемы людей и объединял их. Три крупнейших триады Гонконга и Макао – 14K, Wo Shing Wo и Sun Yee On – являются огромными влиятельными и крайне жестокими преступными организациями; одна лишь 14К насчитывает около 20,000 членов. Эти триады враждуют между собой и часто устраивают целые войны, однако Це удалось объединить их и заставить сотрудничать в рамках наркоторговли. Он также привёл нескольких членов Big Circle Boys и Bamboo Union из Тайваня, и даже некоторых людей из австралийских байкерских банд. Такая координация стала огромнейшим достижением преступного мира – собрать группы жестоких преступников размером с армию каждая и заставить их работать вместе.


Sam Gor прятали свои наркотики в упаковках зелёного чая по килограмму мета в каждом.


Гарантированная доставка была источником силы Це. Зачем австралийским байкерским бандам было мучиться с оптовой доставкой материалов (которые намного труднее купить в Австралии) и производством мета, а затем конкурировать за репутацию лучшего продукта? Sam Gor попросту предоставляли высококачественный метамфетамин, продавали его им по разумной цене и гарантировали доставку без какого-либо риска. В каком-то смысле байкеры и триады теряли контроль. Они полностью зависели от поставщика. С другой же стороны, их избавили от моря неопределённостей и риска. Это как Amazon. Почему вы и практически все ваши знакомые пользуетесь Amazon даже с учётом всех ужасных историй, которые вы слышали о рабочих условиях и их складах, даже с учётом того, что вы хотите поддерживать местные бизнесы. Потому что при заказе книги вы не платите больше, чем в случае местных бизнесов, а она приезжает прямиком к вам домой – иногда даже в тот же день. И если появляется проблема с доставкой, они её решают. Со временем вы начинаете рассматривать Amazon не как торговую точку, а как коммунальное предприятие. В 21-ом веке единственный вариант завоевания людей заключается в том, чтобы дать им то, чего они хотят.

В обмен на гарантии и сокращение риска Це использовал триады и байкерские банды для расширения своего бизнеса. Масштабы синдиката росли, а Це был центром управления всей операцией, следившим за производством, хранением, перевозкой и распространением. Сетью поставок в Азии было намного проще управлять, чем в Северной Америке. Дюжины лабораторий Sam Gor обеспечивали массовое производство метамфетамина в Мьянме. В каждой работала небольшая команда. Из Золотого треугольника контрабандисты пешком переносили наркотики через границу в Таиланд; патрульные систематический убивали таких курьеров, но всегда было множество отчаянных людей, готовых занять их место, а объёмы мета были и вовсе нескончаемыми.

Фирменным методом доставки Sam Gor были упаковки зелёного чая, в каждой из которых помещалось около килограмма мета. Способ был настолько успешным, что некоторые конкурирующие банды иногда использовали упаковки зелёного чая для перевозки собственного мета. Килограмм метамфетамина стоил дилерам в Мьянме $4,000. На улицах Австралии они продавали его за $200,000. Лишь одной из пятнадцати доставок было достаточно, чтобы Sam Gor отбили затраты. Все остальные поставки были чистой прибылью.
Качество обслуживания клиентов было не единственной сферой инноваций Sam Gor.

Организация также специализировалась на отмывании денег. Так как в материковом Китае азартные игры запрещены, китайские жители, желающие поиграть где-либо в другом месте, вынуждены были скрывать свои денежные переводы. Часто игроки могли это делать с помощью операторов джанкет-туров. В Азии сотни таких бизнесов – компаний, чьи акции свободно обращаются на открытом рынке ценных бумаг. Они работают с казино, чтобы привлечь расточительных клиентов, предлагая обычные удобства: частные полёты, проживание в отелях и, что наиболее важно, доступ к средствам. Казино увеличивают объёмы выдаваемых кредитов для операторов джанкет-туров. Некоторые компании уже использовали эту систему для отмывания денег, однако Sam Gor объединили группу операторов, чтобы вывести эту мошенническую схему на промышленный уровень, как и в случае с производством мета. Игрок вносит депозит на счёт джанкет-оператора в одной стране, а затем получает к нему доступ в другой. Система позволяет переводить деньги без реальных переводов или использования традиционной банковской системы. Один посредник, работающий на джанкет-оператора, заявил, что через сеть казино Crown в Мельбурне прошли деньги, полученные от продажи наркотиков, на общую сумму в $2 млрд. В феврале австралийское правительство выпустило отчёт, в котором комиссар Патриция Бергин указала, что сеть Crown занималась отмыванием денег. Глава сети подал в отставку, как и несколько других директоров компании. Сети запретили иметь лицензию на ведение игрового бизнеса в Новом Южном Уэльсе. 


Килограмм мета стоил дилерам в Мьянме $4,000. На улицах Австралии они продавали его за $200,000. К концу 2010-х Sam Gor контролировали 70% австралийского мета.

Азартные игры также были важной частью жизненного образа Це. Он проиграл 60 миллионов евро за одну ночь в Макао – хотя сколько он получил от отмывания денег за эту поездку? Он был известен своими роскошными вечеринками ко дню рождения. Каждый год он отмечал его на пятизвёздочных курортах, привозя семью и друзей со всего мира на частных самолётах. На пике успеха Sam Gor Це систематически путешествовал с командой шести охранников, специализировавшихся на тайском боксе.

К концу 2010-х Sam Gor контролировали 70% австралийского мета. Они контролировали около 40%-70% $90-миллиардного азиатского рынка, доминируя в торговле на Филиппинах, в Южной Корее и Японии. Компания удерживала свою сеть героиновых поставок как наследие, однако метамфетамин стал основным бизнесом – и предложение настолько выросло, что цены резко упали. В Камбодже стоимость таблетки мета составляла от $2 до $5. В Таиланде – от $2.25 до $8. По данным Управления ООН по наркотикам и преступности, объёмы торговли метамфетамином в Азиатско-тихоокеанском регионе увеличились в период с 2014-го по 2019-ый. Второй раз Це Чи Лоп изменил рыночные условия. На этот раз, чтобы его схватить, пришлось сотрудничать сразу двадцати агентствам.

В ноябре 2016 года тайванец Кай Дженг Зе нервно шёл по международному аэропорту Янгон в Мьянме, следуя в Тайвань. Его остановила полиция аэропорта, которая, как сообщается, обнаружила 80г кетамина, приклеенного к каждому из его бёдер, и арестовала злоумышленника. Когда агенты по борьбе с наркотиками взломали два его айфона, они нашли, как один офицер описал, «Пещеру Алладина». Сокровища представляли собой ценнейшую информацию: огромную библиотеку фото и видео, сообщения, звонки и разговоры в социальных сетях. На одном из фото офицеры заметили лицо, знакомое им с предыдущей слежки: это был Це Чи Лоп.

Австралийская полиция возглавила погоню, так ка мет в Австралии из-за Це превратился в гротескную эпидемию. Австралия показывает наиболее высокий уровень употребления метамфетамина среди всех англоязычных стран: 7% населения его употребляли. Для сравнения: в США показатель составляет 0.4%. В 2019-ом австралийцы потратили $8.5 млрд. на 11.5 тонн мета. Две трети из этого объёма были произведены в Золотом треугольнике. Общее число употребляющих в Австралии с 2012-го по 2017-ый увеличилось в три раза.

Обнаружив данные на телефоне Кая, австралийские органы начали слежку за его пособниками, а также запустили перехват поставок. Одним из таких пособников был 44-летний австралиец по имени Джошуа Джозеф Смит, который заплатил $350,000 за рыболовную лодку Valkoista, несмотря на отсутствие у него лицензии на управление водным транспортом. В июле 2017-го ему прислали GPS-координаты плавучей базы в Андаманском море, где наркотики погружались в фургон. Наблюдая за Смитом, полиция обнаружила, что его сообщники включали в себя членов Hells Angels и Comanchero Motorcycle Club, и в августе подельники встретились с представителями Sam Gor в Бангкоке. В декабре того же года лодка Valkoista снова отправилась на плавучую базу в международных водах. Двумя днями позже Valkoista появилась в Джералдтоне. Восемь минут шестеро человек выгружали мешки с метом в фургон. На этот раз полиция вмешалась и перехватила 1.2 тонны наркотиков с уличной стоимостью в $1 млрд. – это крупнейшая конфискация метамфетамина в истории страны.

Австралийские следователи начали двигаться дальше, арестовывая преступников рангом всё выше и выше, вплоть до Ли Чанг Чака – правой руки Це. Критический удар по Це нанёс материал, опубликованный в Reuters, в котором его называли азиатским Эль Чапо. У репортёра было беспрецедентное сотрудничество с полицией, которая обычно не говорит столь откровенно со СМИ об открытых делах. Однако беседа с Reuters была умным ходом. Бизнес Це Чи Лопа требует секретности. Когда его имя и фото появились во всех СМИ, его мир начал рушиться.

В 2019 году, после выхода материала Reuters, австралийская полиция выдала международный ордер на арест Це через Интерпол. Его огромная сеть всегда его защищала, но внезапно члены «Компании» начали от него отдаляться. Он улетел в Тайвань, так как местные связи гарантировали ему определённую защиту, однако международное давление привело к тому, что правительство изгнало его. В прошлом январе под натиском Интерпола Це сел на самолёт в Канаду. Во время полёта была остановка в Амстердаме. Как только Це сошёл с самолёта в аэропорту Схипхол, его задержали. В итоге, его сокрушил PR-кризис.
Арест был тихим и спокойным, как сам Це. Не было погони по терминалам с перестрелками. Не было демонстративных речей. В глянцевом белом коридоре Це Чи Лоп повернулся к стене, и полиция надела на него наручники. На данный момент ему предъявили обвинение всего в одном случае перевозки наркотиков, которая связана с информацией, полученной ещё в 2013 году.

Це до сих пор находится в тюрьме в Амстердаме, пытаясь не допустить экстрадиции в Австралию. Он пообещал дойти вплоть до Верховного суда, если это будет необходимо. Це не ответил на запросы об интервью касательно этого материала, однако через своего адвоката он отрицает любые преступления и говорит, что в Австралии его не будут судить по справедливости. Це считает, что именно австралийское правительство организовало его изгнание из Тайваня, чтобы его задержали в Нидерландах. «СМИ называют меня наркобароном, но это не так», – заявил он.

Це управлял двумя крупнейшими наркосетями в истории: на разных континентах и в разные десятилетия. Это делает его поистине уникальным. В воспоминаниях людей, который его преследовали, он представляет собой невероятное противоречие: человек, который, скорее всего, сделал больше для человеческого обнищания, чем кто-либо другой на планете, но который всем, похоже, нравился. Гений в бизнесе нелегальных товаров, чья поимка практически никак не повлияет на рынок. Он – лишь ячейка в сети. Есть множество других людей, которые могут его заменить. В целом, он – идеальный посредник, представивший себя как ключевой проводник в невероятно взаимосвязанном мире.

Войну против героина никогда не выиграть. Войну против синтетических наркотиков уж тем более: неважно, сколько преступников арестуют или сколько поставок перехватят. Всегда будет больше и того, и другого. Преступность снижается лишь при сокращении спроса, или когда правительство берёт под контроль предложение. Питер Юэн говорит, что легализация казино убила азиатскую организованную преступность в Торонто. По его подсчётам, когда подпольные игровые дома исчезли, уровень уличной преступности сократился на 80%.

Це стал известным как преступник, являющийся сторонником открытого многокультурного гиперкапитализма. Дэвид Ау из RCMP говорит, что этим Канада отличается от других стран. «Когда я приезжал на запад США, каждая группа была отделена», – вспоминает он. «Китайцы работали только с китайцами, вьетнамцы – с вьетнамцами и т.д.» Межэтническое сотрудничество – это чисто канадская особенность. «Другие юрисдикции считают это уникальным», – говорит Ау.

То, что давало традиционной организованной преступности силу в прошлом (насилие, контроль территории, этническая верность и чёткая иерархия), представляет собой главную слабость в настоящем. У Це была более выгодная система. Вместо этнической преданности – межнациональное сотрудничество. Вместо территории – логистика. Вместо иерархии – количественные показатели. Вместо централизованного контроля – связи. Це Чи Лоп – определённо наиболее значимый преступник в истории Торонто, и он представляет собой (в абсолютно больном виде) извращённый триумф города. Его масштабная преступная организация расцвела благодаря открытости и предпринимательству, благодаря созданию рынков и их эксплуатации в духе глобализации и космополитизма. Он – один из величайших и наиболее вежливых монстров капитализма. И он один из нас.

Подписывайтесь на наш Telegram-канал, чтобы всегда оставаться в курсе событий.


Copying and reproduction of news materials - exclusively with the permission of the site administration torontovka.com

Leave a comment
0 / 1000
Login to post a comment
There are no comments yet