ФЕЙСОМ ОБ ASSAULT

Признаться, мы в редакции сомневались стоит ли писать именно о Sexual Assault, думая, что вряд ли это касается такого уж большого числа наших иммигрантов. Какой тут assault, когда только и работаешь, и работаешь... Оказывается, мы были неправы. Во-первых, как рассказал Эрнст Ашуров, наших все-таки по этой статье привлекают не так уж редко. А во-вторых, вовсе не обязательно насиловать кого-то чтобы тебя в этом обвинили... Совсем недавно Ашурову удалось предотвратить неприятности у его 80-летнего русскоязычного клиента, которого обвинили в Sexual Assault. Дедушка плохо говорит по английски, а хотелось сказать соседу, что, мол, ты такой молодой здоровый парень, так чего ж у тебя всего один ребенок? Ну дед и объяснил жестами. Сначала указал на мужское достоинство соседа, потом развел руками. Тот обвинил его в Sexual Assault, написав, как говорили на Руси, “ябеду”, что дед хватал его за неположенные места... Ашурову удалось договориться с прокурором, что обвинения будут сняты, если дед в течение года не будет пытаться общаться с соседом. -Sexual Assault – это не только изнасилование (rape), - говорит Эрнст. – Если ты схватил женщину за грудь – это уже assault. Все, что имеет сексуальный подтекст и делается не по согласию преследуется законом. К сожалению, не все наши иммигранты знают что можно делать, а чего нельзя. -А как можно установить была женщина согласна или нет? Может быть, мужчине кажется, что была, а она потом пошла и заявила... -И такое тоже бывает. -А что, доказательств не требуется? -Чтобы обвинили – нет. -То есть женщина обвиняет мужчину, что он ее, скажем, изнасиловал, и никаких физических доказательств не требуется? Следов спермы, разорванного платья, синяков и ссадин на ее теле, свидетельств посторонних? -Нет. То есть для жертвы желательно все это иметь, потому и рекомендуется после изнасилования не мыться и сразу обращаться в госпиталь для освидетельствования, но если следов изнасилования нет и женщина обратилась в полицию даже через год, мужчина, тем не менее, не избежит разбирательств. -Несправедливо. Так можно оклеветать любого. Лучше, если бы требовались доказательства... -А теперь представьте, что в ваш дом врывается преступник, насилует вас в презервативе, затем заставляет принять душ... И все, вы уже не можете обратиться в полицию. Это справедливо? Такое тоже бывало… Я понимаю опасения насчет клеветы, и сам я сталкивался в практике с такими случаями. Защищал как-то нашего иммигранта, которого женщина обвинила в изнасиловании. Когда я смотрел видео, где она рассказывает о произошедшем, то нельзя было не заметить, как широко она улыбается. Рассказывала прямо-таки с удовольствием. Однако на это обратил внимание я, защитник обвиняемого, а не полиция... Мужчину удалось отстоять, но нервы ему мотали два года. Сейчас стало труднее защищать обвиненных в Sexual Assault, потому что за последние десятилетия законы претерпели серьезные изменения. Например, раньше, имел значение моральный облик жертвы. Если она ведет распутный образ жизни, проститутка, то это помогало обвиняемому. Считалось также, что нельзя изнасиловать собственную жену. Теперь все иначе. Моральный облик жертвы уже не имеет значения. Адвокат может лишь в редких случаях предоставить негативную информацию о прошлой сексуальной жизни жертвы, если это напрямую связано с данным делом. Тяжело также теперь добыть сведения о ментальном здоровье жертвы, какие-то персональные документы, ее характеризующие. То есть выиграть на том, что женщина “какая-то не такая”, распутная или параноик, теперь куда труднее, чем раньше. Предполагается, и совершенно справедливо, что и плохую женщину насиловать нельзя. Да, сотне мужчин до вас она сказала “да”, однако вам ответила “нет” и вы не должны были до нее дотрагиваться. -Даже до жены? -Да. Секс должен быть по согласию. Причем, не только вначале, а на протяжении всего полового акта. То есть если женщина сказала на середине “стоп”, нужно остановиться. Отговорки “дело зашло слишком далеко, я уже не мог остановиться” на суд не действуют. -Постойте... а как можно доказать, что она сказала “стоп” или напротив, не говорила, а просила продолжить? Свидетелей-то для таких мероприятий не приглашают... -Защита обвиненного в Sexual Assault обычно строится на том, что обвиняемый либо полностью отрицает вину, либо соглашается, что да, было дело, но по ее согласию. Раньше для суда имело значение, что обвиняемый лично верил, что женщина согласна. Принимали во внимание, что он именно так истолковал, скажем, ее согласие пойти к нему вечером домой. Сейчас смотрят на то, как средний обычный человек истолковал бы поведение жертвы. То есть резонно ли решение мужчины, что женщина готова ему отдаться. Подумал бы так на его месте каждый или нет. -То есть суд – что дышло. Все решает кому поверит судья?.. -Пока у нас судят не компьютеры, а люди, конечно, элемент субьективности существует. -То есть выиграть может тот, кто виртуознее лжет? -Я бы так не сказал. Закон регламентирует что можно, а чего нельзя делать. Существует также прецедентная система. Такие дела рассматривались и ранее, так что накоплен некий опыт. Судья опирается на эти правила. Второе – редко какой обыватель, рядовой человек, сумеет так складно солгать, что суд этого не увидит. Там работают опытные люди. Например, та женщина, что обвиняла моего подзащитного, показала лживость своих показаний, когда я задавал вопросы. Она ответила на них не так, как отвечала поначалу, полгода назад. Она запуталась. Судьи тоже внимательно смотрят что за люди – обвиняемый и жертва. Если она складно отвечает на вопросы, все у нее сходится с показаниями ее же и других, а он несет ахинею, то кому поверят? Или наоборот, вопросы ставят жертву в тупик, она не сразу может вспомнить что-то, что должно было врезаться в память... -Но все-таки, если у суда есть сомнения в виновности обвиняемого, больше шансов, что его оправдают? -Разумеется. Это правило. Сомнения разрешаются в пользу обвиняемого. Однако это не значит, что его признают innocent. Его, скорее всего, признают not guilty. По-русски это одинаково, а по-английски большая разница. Innocent – абсолютно чистый по этому делу человек, не виноватый ни в чем, что ему предъявили. Сама невинность. А not guilty – это признанный не виновным, но, возможно, из-за недостатка улик. -Какое наказание грозит взрослому мужчине за изнасилование? -Это очень зависит от обстоятельств дела. И на много лет могут отправить за решетку, и на 18 месяцев. -Как правильно себя вести, если тебя обвинили, а ты не виноват? -В любом случае, виноват или нет, ты имеешь право не давать полиции показаний, пока не поговоришь со своим адвокатом. Не надо пытаться оправдываться, так как ты не знаешь помогаешь ты себе или, напротив, топишь себя. Рядовой человек и представить себе порой не может, на чем он может погореть.Тем более, что от того, что ты скажешь, не зависит выдвинут против тебя обвинения или нет. Если тебя арестовывают, значит обвинят. -Мы с вами говорили об изнасилованиях жен. И что, часто жены идут с этим в полицию? -Статистики у меня нет, но не редко. -И выигрывают? -И выигрывают, и проигрывают. Вообще, тенденция одна: за сексуальные преступления отправляют в тюрьму. -Вот вы сказали, хватать женщину за грудь и прочие аппетитные места – Sexual Assault. А сказать ей что-то типа: “Мне у тебя нравится (то-то), я бы тебя….(расцеловал, пообнимал и т.д.) – это Sexual Assault? -Нет. -Вашего подзащитного признали невиновным. А женщине, которая его оболгала, никакого наказания не причитается? -Это трудный вопрос. Обычно их не наказывают, так как мужчину признают не innocent, a not guilty. То есть у судьи есть сомнения в его виновности. А то, что она его оболгала – это не доказано. Просто не хватило улик... -Как вести себя в суде? Как лучше держаться? Я слышала от одного опытного юриста, что нужно не “хлопотать лицом” – не усмехаться, не закатывать глаза, показывая, что противник или свидетель лжет, что судьи очень этого не любят и по системе чтения мимики человека, которой судей обучали, все это означает, что кривляющийся сам лжет. -Держаться в суде лучше всего с адвокатом. Потому, что самому тебе такие обвинения не отбить. Это самое главное. Адвокат научит и правильному поведению. А что касается следует ли быть эмоциональным, или оставаться спокойным – это зависит от ситуации. В одной ситуации судье странно видеть, что изнасилованная дама спокойна, в другой, напротив, эмоциональность вредит и вызывает подозрения. -Эрнст, ваш совет мужчинам... -Вообще, понятие Sexual Assault и на женщин распространяется, в том смысле, что и их обвинить могут, но намного чаще секспреступниками все-таки выступают мужчины. Мой совет – держаться подальше от человека, который тебя настораживает. Если женщина кажется странной, лучше не продолжать отношения. Если она расправляется со своими недругами круто, это повод задуматься не ждет ли тебя сия участь. Надо доверять своей интуиции. -Теперь можно понять, отчего в Канаде так много одиноких мужчин и геев. Прямо-таки страшно общаться с женщинами. Расписку с них надо брать, что они согласны на секс, причем, обновлять эту расписку на протяжении всего полового акта. Что, мол, и вначале хотела, и сейчас хочет, и в конце была не против. -На самом деле не так страшен черт, как его малюют, и если эта система остается в действии, значит она работает, а не рубит направо и налево безвинные мужские головы. Но, конечно, к обвинениям в Sexual Assault нужно отнестись очень серьезно и обязательно иметь адвоката, специализирующегося именно на уголовных преступлениях. Интервью вела Эвелина Азаева, “Репортер” Телефон Эрнста Ашурова (416)831-7319.