Выбираю россию на жительство

Многие его не понимают. Особенно, когда узнают, что приехал он сюда в 17 лет. «И школу здесь окончил?! А чего тогда?» - вытаращивают глаза. Вот и я тоже удивилась и задала эти вопросы. - Я понял, что это не моя страна. Мое сердце в России, - отвечает 30-летний, красивый парень. - Когда поедешь? – недоверчиво интересуюсь. - В конце ноября. Я уже и визу получил. - В России есть родственники? - Нет. Я в прошлом году съездил «на разведку» в Екатеринбург, мне очень понравилось. Жил в гостинице. Но я все-таки выбрал Петербург. Остановлюсь у приятелей моих торонтских друзей. Видели бы вы лицо вашего корреспондента. На нем, как в доме Облонских, все смешалось: недоумение, жалость и легкая зависть... - Там криминал, - предупредила я. – Ты лучше не говори никому, что из Канады приехал. А уж тем более, что здесь мама остается. Подумают, богатая... Кивает. Он уже наслушался таких советов. - И девчонкам не говори, а то все будут в любви объясняться, и не поймешь, к тебе или к Канаде, - продолжаю свои, почти материнские, наставления. Просто мне кажется, что мой собеседник не понимает куда собрался... Эмигрировал он из одной страны, вернется – совсем в другую, сильно изменившуюся. - А мама не отговаривает? - Нет. - С тобой не поедет? - Нет. Ей в Канаде нравится. Дима приехал сюда с мамой в 90-м. Через три года мать нашла спутника жизни и перед парнем встал вопрос: жить с чуждым по духу человеком, или отправляться в самостоятельное «плаванье». Выбрал второе. Тем более, что никто особенно и не держал. - Это был самый ужасный год в моей жизни, - вспоминает Дима. - Я стал жить один, навалились счета. Во Львове умер отец. Я потерял работу. Девушка сразу ушла. Ему было не до продолжения учебы. Во-первых, не на что. Во-вторых, времени нет: не имея профессии, он работал на фабриках, уставал. - Денег хватало только на оплату счетов, еду и небольшие удовольствия. И вот это мне в Канаде не нравится: очень много народу пашет по-черному, но заработанного едва хватает на то, чтобы выжить. В России же ты, по крайней мере, среди своего народа, говоришь на родном языке и, самое главное, занимаешься своим делом. А здесь та же бедность плюс унижения и нелюбимая работа. Любимая у Димы – резьба по дереву. Он пришел со своими работами в один торонтский колледж, поступать. Посмотрев, ему сказали, что большему научить не смогут, он уже и так мастер. Тогда он стал проводить персональные выставки-распродажи, но товар не шел... - Авторские работы неизвестного художника никому не нужны. За них предлагают такую цену, что лучше вообще этим не заниматься. Искусство в Канаде, на мой взгляд, мало кому нужно. Я пробовал предлагать свои работы в сувенирные магазины, но для них выгоднее поставки из Индонезии, Малайзии, Китая, где дешевая рабсила. Покупают статуэтку за доллар, продают за тридцать. В профессиональные же круги художнику, если у него нет «нужных» знакомств, не пробиться. Одно время Дима был художником-оформителем в «Sears», трудился за 10 долларов в час, но потом его сократили, и с тех пор он сменил множество профессий, в основном рабочих. Сейчас работает на стройке – хочет подкопить денег к переезду в Россию. - В какой-то миг я понял, что мне все надоело: вся эта беспросветность, гонка ради того, чтобы свести концы с концами, и постоянный обман кругом. Тебя используют, потом не платят, потом ты качаешь права, а они вызывают полицию, и ты же оказываешься виноват... Но даже если бы мне хорошо платили, я бы все равно в Канаде не остался. - Постой, а почему нельзя было выучиться в какой-нибудь недорогой школе на компьютерщика или на кого-то еще? Понятно, это не твое, но по крайней мере не черная работа... А в свободное время – творчество. - Я верю, что у каждого есть свое предназначение. Своя миссия. И я – художник. Почему я должен это предавать? И, главное, ради чего? Какое это счастье, если ты, будучи художником, работаешь программистом? - Еще вариант: можно стать водителем трака, накопить денег, поступить в Академию дизайна, и после этого найти работу по призванию... - Если бы я оставался в Канаде, я, может быть, так и поступил бы, но я еду в Россию. Я просто вообще не хочу здесь жить, мне многое не нравится. Мы замолкаем и думаем, каждый о своем. Я – о том, что мне без журналистики Канада тоже не нужна, никакие лужайки, красивые дома и машины не заменят то, чем ты дышишь. Кто-то скажет: «Это лирика». Но ведь лирика – огромная составляющая жизни. Любовь – тоже лирика. Так что же, побоку ее?.. Дима что-то вспоминает, потом продолжает: - У меня есть сертификат инструктора по туризму, я много ездил по Канаде, водил группы, но это тоже не принесло денег. Канадцы обращаются к своим, когда хотят куда-то поехать. Наши же иммигранты не такие уж и легкие на подъем... Два года назад я уехал в Новую Шотландию. Просто надоело Торонто. Это страшный город, у меня тут было много неприятностей. Но в Галифаксе работы я не нашел, там в основном занимаются рыбной ловлей и фермерством. Зато я поработал в буддистском центре и мне это много дало. Приехал назад умиротворенным, очистившимся. - Ты православный? - Мои родители не христиане, потому меня не крестили. А я решил креститься. Но буду делать это только в России. Там в церкви совсем другая атмосфера, особенная... не передать словами. - Это называется – благодать. - Наверное... У вас, читатель, возможно, возникло множество вопросов: а почему Дима не сделает так, или вот эдак, да в конце концов – 30 лет мужику, и не найти выхода? На это я вам отвечу, что слушая Диму, я вдруг поняла, что все наше с вами умение жить и выкарабкиваться из сложностей – заслуга наших родителей. Это они научили нас что делать. И если мы приезжаем в Канаду, то либо в зрелом возрасте, либо, если кто-то иммигрирует в юношестве, мамы с папами управляют его судьбой, направляют. Мой собеседник с 20 лет один. Да, есть мама. Но он один. Так бывает. Так вот представьте сейчас юного российского паренька, которого забросили в канадскую жизнь. Что с ним будет? - Был такой период, в 93-94-м, что все мои друзья, тоже русские, увлеклись наркотиками. Это ужасно, - вспоминает Дима. – Я потерял их всех. Я тоже курил марихуану, употреблял и другие наркотики, но до героина не дошел. Остановился сам. А потом обзвонил псевдодрузей, которым от меня нужна была только пустая «хата», и сказал, чтобы не приходили. - А вообще, мне не нравится в Канаде то, что здесь очень много предательства, - продолжает он. – Ты пускаешь человека к себе пожить, и он тебя обворовывает. Ты влюбляешься, и девушка, когда у тебя закончились деньги, уходит. Каждый старается вытащить деньги друг у друга, даже друзья. Каждый кому-то что-то пытается продать, всучить. Мне вот говорят: а что не выучишься на адвоката, не продаешь недвижимость, автомобили? А я не хочу никому ничего впаривать и не хочу лгать. Мне даже предлагали открыть эскорт-агентство, стать сутенером. А я считаю, что деньги – пахнут... - Как ты думаешь, почему у одних жизнь в Канаде налаживается, у других – нет? - Налаживается большей частью у тех, кто научился подстраиваться, кто старательно перековывается, чтобы стать «канадцем». У этих людей нет друзей, для них главное – бизнес, деньги. Ради них они могут обмануть даже родственников. И, главное, знают, что им за это ничего не будет. Это в России тебя будут презирать, а здесь – еще и зауважают. В России у людей, несмотря ни на что, остались моральные понятия. Я был там, смотрел и видел: там – жизнь. Настоящая. Неблагополучная, но счастливая. Там у большинства нет цели накопить, урвать. Люди стараются заработать, тоже вроде перестраиваются на западный лад, но это наносное, это не в крови народа. - Я бы еще хотел сказать про нашу, русскоязычную общину, - продолжает Дима. – Итальянцы помогают друг другу, китайцы тоже. У нас же если кто-то вырвался наверх, сразу дистанцируется, даже переезжает в «нерусский» район, а то еще и унизить пытается, и придушить того, кто еще не выбрался, опорочить. - Неужели не было тех, кто бы тебе помог бескорыстно? - Были. Мои друзья, проверенные в разных ситуациях. Они тоже небогатые люди. И еще кавказцы. Вот о них в России плохо думают, а я здесь от них видел только хорошее. Теплые, гостеприимные люди, умеющие держать слово. Я был в Грузии, так из грузинских домов уходить не хочется. А какие у них отношения в семье! - Жениться тебе надо. - И не в Канаде. Эта страна только разрушает семьи. Пары приезжают, и вначале держатся друг за друга, потому что им тяжело и страшно. Потом кто-то один поднимается, и начинается... Если поднялась женщина, то она начинает думать: а зачем мне такой неудачник? Соблазнов много. Если поднимается мужчина, то уже он превращает жену в забитое, затюканное существо, которое он «кормит». Я больше видел мужских трагедий, как от моих знакомых жены уходили... И бегает мужчина к своему ребенку на встречи, а сам боится, что жена в полицию позвонит... А как здесь дети растут? На них ни у кого нет времени, и детей воспитывает компьютер и телевидение. Потому со взрослыми канадцами не о чем говорить... Мы говорили с Димой долго, и выяснилось, что он знает еще нескольких человек, которые либо вернулись на Родину, либо пакуют чемоданы. - Когда я продавал свои вещи на гараж-сэйле, у меня было ощущение радости и освобождения, - говорит . – Закончились эти кошмарные 13 лет жизни в Канаде. - Я боюсь, что у тебя очень романтичное представление о России. У моей знакомой 17-летний сын мечтает уехать в Украину, ругает мать: «Зачем привезла меня сюда?». А сам приехал в Канаду в семилетнем возрасте и представления не имеет что за жизнь на Родине. Ему, видите ли, друзья рассказали, что там весело. Они на месяц ездили... Я рассказываю собеседнику о залитых мочой подъездах, о том, что в них нет лампочек, потому, что алкаши выкрутили чтобы пропить, о том, что одних моих соседей бандиты выкинули из окна, а другая соседка - одинокая бабушка – просто исчезла, после чего в ее квартиру заселились торговцы из южной республики... Я рассказываю, но от переезда в Россию не отговариваю. Потому, что согласна - не в Канаде счастье... Плюсы и минусы есть и у Канады, и у России. Мой герой выбрал российские плюсы и минусы. Может быть, он разочаруется. А может, нет. Канадская паспортина остается при Диме и всегда можно вернуться. Мы договорились, что пожив некоторое время в России, он мне честно напишет намерен ли он там оставаться. - Страх перед неизвестностью – это грех,- говорит он. – Неизвестность и есть человеческая судьба. Я уверен, что Бог не хочет, чтобы я здесь жил, я здесь несчастлив. А человек должен быть счастлив. И для счастья не обязательно жить в Канаде. Не нужно бояться резко менять жизнь... Эвелина Азаева Внимание! С 21 октября 2005 года сайт www.russianreporter.com не имеет никакого отношения к газете "Русский Репортер". Газета не несет ответственности за размещенные на нем материалы и фотографии. . Газета запрещает использование на нем своих статей и использование своего имени в любом другом виде.