Ситуация с ВИЧ в России все хуже, хотя Минздрав утверждает обратное. Что на самом деле происходит? На ВИЧ пора провериться всем? И как часто это нужно делать?

Что случилось? В середине октября 2026 года в Москве прошла научно-практическая конференция, посвященная ВИЧ. Там врачи, специализирующиеся на этой инфекции, рассказывали о том, как в России обстоят с ней дела.
Увы, новости не очень хорошие. Вот о чем, в частности, говорили:

• несмотря на то, что люди реже заболевают ВИЧ и умирают от вируса, число тех, кто живет с инфекцией, продолжает увеличиваться. На каждый летальный исход приходится 1,5 новых случая инфицирования;
• вирусная нагрузка
  подавлена только у половины россиян с выявленной ВИЧ-инфекцией, а значит, около 600 тысяч ВИЧ-положительных людей могут передавать вирус другим;
• число заражений ВИЧ и парентеральными гепатитами (то есть гепатитами B, C и D) в больницах и других медицинских организациях в 2025 году выросло в России до максимальных за последние 15 лет значений (восемь очагов, 104 пострадавших). В 2026 году — впервые за шесть лет — зафиксированы два случая передачи ВИЧ при переливании компонентов крови;
• в 27 российских регионах эпидемия перешла в так называемую генерализованную стадию: вирус находят больше чем у 1% беременных
   — впрочем, эти данные приводили еще в 2021 году, но по другим подсчетам таких регионов 14, а число беременных, у которых выявили ВИЧ, каждый год уменьшается;
• прогноз относительно ситуации с ВИЧ в России скорее неблагоприятный — если сохранятся текущие подходы к борьбе с инфекцией, то ожидается, что к 2030 году будет 1,47 миллиона россиян, живущих с ВИЧ (сейчас их 1,23 миллиона);
• вирус может начать активнее распространяться среди людей, проживающих в регионах, где идет война
  , и характеризующихся миграционной активностью;
• ВИЧ-инфекция вышла на первое место среди инфекционных причин смертности россиян трудоспособного возраста;
• Россия лидирует по показателям заболеваемости ВИЧ на 100 тысяч населения в европейском регионе (далее идут Украина и Северная Македония
  ).

В то же время Минздрав регулярно заявляет, что в России прекрасная ситуация с ВИЧ, а информация о высоких темпах заболеваемости «не соответствует действительности и является очередной пропагандистской провокацией, направленной против нашей страны».

И кто прав? Ситуация все же хуже, чем пытается представить Минздрав.
В июле 2026 года главный внештатный специалист по ВИЧ-инфекции Минздрава Алексей Мазус заявил, что за последние 10 лет благодаря реализации государственной стратегии заболеваемость ВИЧ в России снизилась до исторического минимума.
Заболеваемость, или количество впервые выявленных случаев за год, действительно снижается. Однако темпы все еще остаются высокими. Кроме того, заболеваемость — это не то же самое, что общее число людей, живущих с ВИЧ. По данным Роспотребнадзора, на конец 2025 года в России насчитывалось 1,23 миллиона человек с подтвержденным диагнозом — то есть 0,8% населения.
Но Роспотребнадзор и Минздрав ведут подсчеты по-разному.

• Данные первого ведомства можно назвать наиболее полными. Они формируются из лабораторных уведомлений о каждом положительном иммуноблоте
  .
• Данные Минздрава — это число людей, которые встали на диспансерный учет. А до этого этапа доходят не все люди
  , имеющие положительный результат теста.

Выходит, что суммарный разрыв между общим числом людей с подтвержденным диагнозом (1,23 миллиона человек, данные Роспотребнадзора) и теми, кто реально находится под контролем врачей (846,5 тысяч, данные Минздрава), составляет 385 555 человек
.

Так почему заболеваемость падает, а ситуация не улучшается? Дело в том, что Минздрав стал проверять тех, кто с меньшей вероятностью окажется ВИЧ-положительным. По всей видимости, отсюда и снижение заболеваемости.
За последние 10 лет охват тестированием на ВИЧ вырос почти вдвое: с 28 миллионов человек в 2014 году до более чем 54 миллионов в 2024-м. Но эффективность этой работы снижается. Подходы к тестированию, по мнению директора Центрального НИИ эпидемиологии Роспотребнадзора Василия Акимкина, должны модифицироваться за счет увеличения доли ключевых групп
. Сейчас их доля в тестировании упала почти вдвое — с 5,8% в 2014-м до 3% в 2023-м.
Таким образом, тестов становится больше, но ищут все дальше от тех, у кого вероятность найти ВИЧ выше всего. Притом что модели вроде проекта «Каскад»
фонда «Гуманитарное действие» доказывают: до ключевых групп можно дойти и довести их до лечения, если делать это анонимно и без осуждения.

То, что людей из ключевых групп стали тестировать реже, точно важно Вот почему
Фонд «Гуманитарное действие» в 2023 году провел в Москве и Санкт-Петербурге исследование, опросив и протестировав 2203 человека из ключевых групп. Результаты были опубликованы не только на сайте организации, но и в рецензируемом журнале.
Среди людей, употребляющих инъекционные наркотики, ВИЧ-инфекцию имеют 55% в Санкт-Петербурге и 27,4% в Москве. Среди мужчин, практикующих секс с мужчинами, — 31% в Москве и 17,3% в Санкт-Петербурге. Среди секс-работниц — 5,4% в Санкт-Петербурге. То есть у людей, употребляющих наркотики, в некоторых регионах ВИЧ может встречаться в 60 раз чаще, чем в общей популяции.


Вторая причина считать, что ситуация не улучшается, такая: эпидемия теперь затрагивает не только группы риска, но и остальную часть населения. Третья — смертность держится на историческом максимуме. Четвертая — вирусная нагрузка подавлена лишь у половины людей с ВИЧ (по крайней мере, согласно подсчетам Роспотребнадзора). Например, в Великобритании этого добились у 98% людей.

А как обстоят дела в мире? В мире эпидемия идет на спад. По данным Объединенной программы ООН по ВИЧ/СПИДу (ЮНЭЙДС) за 2025 год, с ВИЧ живут 41 миллион человек (Россия включена в статистику), за год выявили 1,2 миллиона новых инфекций, 570 тысяч людей умерли
. По сравнению с пиком 1994 года новых случаев инфицирования стало меньше на 65%, а смертность снизилась на 73% относительно пикового 2004 года.
Но есть три региона, где за последние 15 лет новых инфекций стало больше. Это Латинская Америка, Ближний Восток и Северная Африка, а также Восточная Европа и Центральная Азия (ВЕЦА) — регион в который входит Россия.
По данным ЮНЭЙДС, в 2024 году в регионе ВЕЦА насчитывалось 2,1 миллиона живущих с ВИЧ, 130 тысяч новых случаев инфицирования (на 7% больше, чем в 2010-м) и 48 тысяч смертей (на 48% больше). Подавленная вирусная нагрузка была только у 43% ВИЧ-позитивных — это худший показатель среди всех регионов мира.
Согласно наиболее свежим данным за 2023 год, на четыре страны — Россию, Украину, Узбекистан и Казахстан — приходилось 92% всех новых случаев ВИЧ в регионе
. Организация связывает этот рост со стигмой, криминализацией и недофинансированием профилактики для групп риска: секс-работа уголовно наказуема во всех странах региона, в 13 странах отдельно криминализованы сокрытие ВИЧ-статуса, поставление в опасность заражения или передача вируса, в семи — хранение небольших количеств наркотиков для личного употребления
.

Как обычно инфицируются люди в России? В 2025 году 82,3% новых случаев пришлись на половой гетеросексуальный путь передачи. Но нужно помнить, что эта статистика может не отражать реальной картины: в Роспотребнадзоре признают, что доля инфицирования через гомосексуальные контакты и в других ключевых группах, вероятно, занижена. Причина может быть не только в том, что всех этих людей реже тестируют, но и в том, что есть стигма, и из-за нее люди просто не сообщают о реальных путях передачи ВИЧ.
Так или иначе выше риск заболеть у тех, кто часто меняет половых партнеров, употребляет наркотики, особенно инъекционные, не знает ВИЧ-статус партнера, не пользуется презервативами с партнером, чей ВИЧ-статус ему или ей неизвестен, и живет в регионе с генерализованной эпидемией.

Как защититься? Достаточно презерватива?  — это отличное средство защиты. Его рекомендуют в первую очередь. Он снижает риск передачи не только ВИЧ, но и сифилиса, гонореи, гепатитов B и C, а также других инфекций, передаваемых половым путем.
Кроме того, нужно . Как поговорить с партнером на эту тему, можно прочитать в других наших карточках.
Еще существует : когда здоровый человек принимает специальные препараты, чтобы не заразиться. Она есть в виде таблеток на каждый день. В России используют комбинацию тенофовира и эмтрицитабина: у оригинальной «Трувады» профилактика прямо указана в показаниях, но в клинические рекомендации Минздрава такой подход не прописан. Также есть новые инъекции длительного действия (ленакапавир — его вводят раз в полгода, каботегравир — раз в два месяца), однако на октябрь 2026 года они недоступны в России.
Для тех, кто употребляет наркотики, работает  — например, стерильный инструментарий на каждую инъекцию. Правда, в России программы выдачи игл и шприцев ограничены, хотя именно они доказанно снижают передачу вируса. А опиоидная заместительная терапия в стране и вовсе запрещена.
Есть также  — 28-дневный курс препаратов, прием которых нужно начать в течение 72 часов после рискованного контакта. Принимать препараты все четыре недели и не остановиться раньше времени важно для того, чтобы терапия сработала. Кроме того, нужно помнить, что внутри 72-часового окна действует принцип «чем раньше, тем лучше» — счет в буквальном смысле идет на часы
.
Вакцины от ВИЧ пока нет.

Как часто нужно проверяться? Обычная рекомендация — как минимум раз в жизни
. Для людей, у которых повышен риск — раз в год или чаще. Это люди из ключевых групп и те, у кого прямо сейчас риск выше среднего (например, из-за большого количества половых партнеров и расслабленного отношения к использованию презервативов).
Беременным рекомендуется проверяться в третьем триместре (это позволяет предотвратить передачу вируса ребенку).
После рискованного контакта, например, секса без презерватива с партнером, чей ВИЧ-статус вам неизвестен, срок проверки на вирус зависит от того, какой анализ вы делаете. Современный лабораторный тест четвертого поколения ищет не только антитела, но и белок самого вируса: отрицательный результат через 45 дней после контакта считается окончательным. Экспресс-тесту, который определяет только антитела, нужно до 90 дней. Если вы принимали постконтактную профилактику, сроки меняются — схему повторного тестирования в этом случае определяет врач.
Тестирование в России добровольное, бесплатное и анонимное. Пройти его можно в центрах по профилактике и борьбе со СПИДом (адреса есть на портале o-spide.ru), во многих частных клиниках, а также с помощью экспресс-теста самостоятельно или в профильных некоммерческих организациях. Проверить статус будет полезно и партнеру.

В какие организации можно обратиться Узнать

• фонд «Гуманитарное действие»
• автономная некоммерческая организация «Благотворительная больница»
• фонд «Вектор жизни»
• фонд «СПИД.Центр»
• фонд «Шаги»
• ассоциация «Е.В.А.»

Если нужна какая-то другая помощь, связанная с ВИЧ, можно также обратиться в фонд Светланы Изамбаевой «Не страшно!».


Чем раньше поставлен диагноз, тем проще взять инфекцию под контроль и не передать ее дальше.

Что делать, если тест положительный? Встать на учет в центре СПИДа. Гражданам России это позволяет получать бесплатную терапию. ВИЧ-инфекция давно превратилась в управляемое хроническое состояние, и раннее начало лечения дает практически обычную продолжительность жизни и невозможность передать вирус
партнеру.
При этом для постановки на учет нужны документы, в том числе регистрация в регионе проживания. Это может быть барьером, как и стигма в отношении ВИЧ-положительных людей. Но путь от диагноза до жизни без страха вполне проходимый, и начинается он с визита к врачу.

А что с лекарствами? Их без проблем выдают или бывают перебои? Бывают перебои. Когда препарата нет, человеку могут либо резко поменять схему, либо выдать неполную, либо вообще оставить его без лечения.
Мониторингом этих проблем занимается проект «Перебои.ру» движения «Пациентский контроль». В 2023 году активисты зафиксировали нехватку препаратов минимум в 18 регионах. В 2024-м на «Перебои.ру» поступило 668 жалоб из 65 регионов, а также из учреждений ФСИН и Федерального медико-биологического агентства.
Из-за дефицита препаратов врачи вынуждены возвращать людей к схемам, которые раньше отменили из-за тяжелых побочных эффектов, или выдавать не все необходимые препараты. И то и другое грозит потерей контроля над вирусом, может привести к прогрессированию болезни и к тому, что у вируса сформируется устойчивость к лекарствам.
Кроме того, люди жалуются на отказ вовремя сделать анализы на вирусную нагрузку и иммунный статус — в 2025 году ограниченный доступ к тесту на вирусную нагрузку отмечали в 16 регионах.
Корень этой проблемы кроется в бюджете на закупки антиретровирусной терапии (АРВТ). Расходы в последние годы растут из-за увеличения числа людей, стоящих на диспансером учете. В 2024 году на АРВТ потратили 36,76 миллиарда рублей, на 17% больше, чем в 2023-м, закупив рекордные 610 тысяч годовых курсов. Однако этого все равно хватает примерно на 70% стоящих на учете и лишь на половину всех людей, живущих с ВИЧ. По оценке проекта «Здравресурс», для полного охвата бюджет нужно почти удвоить — до 74,5 миллиарда рублей в год. На фоне перераспределения государственных расходов на войну наращивать его тяжело (уже известно, что федеральный бюджет на здравоохранение в 2027 году будет сокращен).
При этом государственные ведомства и сообщество людей, живущих с ВИЧ, описывают ситуацию по-разному. Минздрав утверждает, что охват терапией — 90,5% стоящих на учете, что даже выше целевого показателя Государственной стратегии по ВИЧ, а финансирование в 2025 году выросло на четверть и перебоев не будет. «Пациентский контроль» в декабре 2025 года также признал, что ситуация впервые за долгое время начала выправляться — бюджет увеличили, закупки провели заранее, глобальных перебоев, как в 2023–2024 годах, удалось избежать. Но и за 2025 год в движение поступило больше 300 обращений: о нехватке препаратов, отказах в замене схемы и проблемах с диагностикой. В их числе, например, были сообщения о 28 заключенных с ВИЧ, которым отказывали в терапии.

Что происходит, если человек вдруг прекращает лечение? Изменения в состоянии происходят постепенно.
ВИЧ копирует себя неточно, и пока размножение ничем не сдерживается, в организме образуется порядка десяти миллиардов новых вирусных частиц в сутки. На действующей терапии этого не происходит — размножение подавлено, и новым вариантам взяться почти неоткуда.
Когда прием препаратов прекращается, они уходят из крови не сразу, но при этом вирус начинает размножаться. Те вирусные частицы, которые из-за случайных мутаций оказались менее чувствительны к препарату, в этот момент получают преимущество: лекарство убирает конкурентов и дает устойчивому варианту ВИЧ стать основным. Для того чтобы эта разновидность вируса превратилась в доминантную, достаточно нескольких недель. В результате прежняя схема, если ее начать, перестает работать.
Некоторым препаратам, чтобы потерять эффективность, достаточно одной мутации — так устроены ламивудин, эмтрицитабин, эфавиренз. Другим, вроде долутегравира, нужно, чтобы вирус накопил сразу несколько изменений, поэтому Всемирная организация здравоохранения и рекомендует схемы с ним как основные.
Самое неприятное начинается при повторных перерывах. Первая мутация дает вирусу устойчивость, но мешает ему размножаться. Если и дальше не использовать лекарства, такой измененный вариант вируса постепенно вытесняется обычным (но на это уходят месяцы). Если же перерывы повторяются, вирус успевает приобрести вторую мутацию, которая возвращает ему способность размножаться, не отменяя устойчивости. Дальше он уже не слабее обычного и сам по себе никуда не денется — нужны новые препараты.
Поэтому после перерыва нельзя просто снова вернуться к прежней терапии. После начала приема препаратов врачи должны проверить вирусную нагрузку и, если прежняя схема перестала справляться, назначить анализ на устойчивость.



(при участии инфекциониста )