Комментарии

Алёна Жукова

Кармен - Лишь Только Имя...

Очень скоро, в палитру, пламенеющей всеми оттенками огня канадской осени, добавится самая яркая краска: на сцене St. Lawrence Centre for the Arts, 8 и 9 ноября, в 8 часов вечера вспыхнет пожар страстей, докатившийся до нас с берегов Испании.


Наша соотечественница и одна из самых известных в Европе танцовщиц фламенко – Яна Майзель, представит авторский спектакль « MY NAME IS NOT CARMEN» ( « Мое имя не Кармен»), в котором соединены театр и танец, поэзия и музыка, философия и чувственность.

Это завораживающее действие можно смело назвать путешествием сквозь годы и страны, от глубин собственного Я к тем трансформациям, которое оно претерпевает на протяжении жизни. Недаром эпиграфом спектакля стала строка из поэзии Марины Цветаевой: « Жизнь – вокзал. Скоро уеду, куда – не скажу». Для Яны Майзель эта дорога превратилась в затейливый и для многих невероятный маршрут – из туманного Санкт- Петербурга, где она родилась, через прохладный Торонто, в котором росла и училась, к солнечной Испании, открывшей в ней редкий дар – танцовщицы фламенко. Удивительный, почти невероятный феномен! Ведь она, как говорится, вовсе не « с молоком матери» вобрала в себя испанский дух. Откуда? Что за метафизика стоит за такими поворотами судьбы? Возможно, ответ можно найти, развивая мысль Марины Цветаевой, что жизнь – это бесконечная череда « пересадок» с одного поезда на другой, причем, порой, в противоположных направлениях, а смерть - конечная остановка, на которой сходишь, наконец, на землю. Пока тебя ведет дорога через сомнения и страхи, сны и надежды – ты познаешь самого себя и в один прекрасный день понимаешь, что ты и есть Кармен, как бы тебя не называли.
И все же, почему, родившаяся в России еврейская девочка, в какой-то момент жизни почувствовала притяжение далекой и чужой культуры, что подтолкнуло ее к решению учиться мастерству фламенко? В одном из интервью, которое Яна дала журналу Alhambra Music, она рассказывала, что в детстве всегда любила слушать цыганскую музыку, замирая от счастья. Вероятно что-то глубинное, будила в ней надрывная мелодика цыганских песен. Возможно, дух кочевничества и свободы, вот и колесила она по миру в поисках себя.

Считается, что жанр фламенко сформировался в Испании под большим влиянием цыган, пришедших в эту страну из Индии. Фламенко вобрало в себя пестроту многих музыкальных традиций – испано-мавританских, цыганских, индийских и даже еврейских, но только Испания о которой говорят, что она дышит не кислородом, а страстью – могла стать родиной фламенко. Ведь по сути своей – фламенко танец страшный на грани жизни и смерти. Говорят, что его танцевать могут по-настоящему только те, кто пережил беду, потерю или испепеляющую страсть. Танец обнаженных, натянутых как гитарные струны нервов, и сопровождает его канте хондо (глубокое пение) как бы и не вполне пение, а крик души. Фламенко – танец одиноких, превращающий в искусство то, что в нашей цивилизации считается опасным – агрессию, жестокость, напор. Его иногда называют искусством сжигания темной энергии. У замечательного испанского поэта Фредерико Гарсия Лорки есть стихи, посвященные Кармен, танцующей фламенко.

Танцует в Севилье Кармен
у стен, голубых от мела,
и жарки зрачки у Кармен,
а волосы снежно-белы.

Невесты,
закройте ставни!

Змея в волосах желтеет,
и словно из дали дальней,
танцуя, встает былое
и бредит любовью давней.

Невесты,
закройте ставни!

Постоянно повторяющийся рефрен « Невесты, закройте ставни!» именно о том, что Страсть, с которой танцует и поет Кармен – не для целомудренных девушек, не для их невинных глаз и ушей. Надо сказать, что и моно-спектакль « My name is not Carmen» - тоже далеко не для всех. Вряд ли он заинтересует зрителей равнодушных не только к испанским ритмам, но и к таким именам, как Марина Цветаева, Андрей Тарковский. Это изысканное по красоте и содержанию действо адресовано тем, кто не разучился отделять «зерно от плевел», настоящее искусство от подделки. Что же увидит и услышит искушенный зритель, пришедший на спектакль? Пьеса состоит из шести сцен, каждая из которых имеет свою идею и подзаголовок. Некоторые тексты написаны самой Яной, но есть и цитаты из поэзии и прозы. Интересен прием смешения языков – русского, английского, испанского и французского, которые органично вплетены в музыкальную канву представления, тоже сотканную из разных мелодий и ритмов - тут и виртуозная игра испанского гитариста, и вокализ Рахманинова и перестук каблуков, типичный для фламенко. Первая сцена пьесы посвящена воспоминанию о детстве и строится на тексте Андрея Тарковского из фильма «Зеркало». Это глубоко личностное обращение к детству, к воспоминанию о самом первом, самом раннем «поезде», на который когда-то запрыгнул, думая, что в жизни все впереди, и, что все возможно. Во второй сцене выстраивается коридор между прошлым и настоящим, происходит схватка между музыкантом и танцовщицей. В этом споре иллюзии и мечты приходят в противоречие с реальностью. Третья сцена называется «Ностальгия». В ней идет речь о том, как бывает тяжело обнаружить себя далеко от дома, как страшны неприкаянность и одиночество в долгом путешествии по жизни. В этой сцене звучат стихи Марины Цветаевой

Тоска по родине! Давно
Разоблаченная морока!
Мне совершенно все равно-
Где совершенно одинокой
Быть, по каким камням домой
Брести с кошёлкою базарной
В дом, и не знающий, что – мой,
Как госпиталь или казарма.

Следующая за этим сцена самая напряженная в цикле, поскольку называется «Страх». Она построена на речитативах, смешении языков и ритме – дробном, сложном, напоминающем сбивчивый пульс и несущееся галопом сердце, охваченное тревогой. Пятая сцена – бурлеска « Я не Кармен» - но кто тогда? Этот вопрос задает актриса себе и залу. И только в шестой сцене мы получаем на это ответ, когда на наших глазах происходит чудо перевоплощения и ты забываешь, что перед тобой та, которую не называли в детстве Кармен, та, что выросла на той же земле, что и мы с вами, а в зале сидят ее родители. Перед нами в обжигающей страсти умирает и возрождается бессмертная Кармен – имя которой Яна Майзель.

Этот невероятный по энергетическому заряду спектакль родился в прошлом году во Франции, где в настоящее время живет и работает Яна Майзель. Он с большим успехом был представлен на Парижском фестивале Dansons Le Monde и теперь, благодаря усилиям известного продюсера и директора компании Show One Production – Светлане Дворецкой, мы собственными глазами увидим то, о чем с восторгом говорят и пишут в Париже.

АЛЕНА ЖУКОВА - писатель, сценарист, кинокритик.

Последние статьи
Страшная Маша

Ее никто не любил, кроме, конечно, мамы и бабушки, а что им оставалось делать — такая уродилась, а вот папа не выдержал, сбежал. Мама говорила, что ни один мужик с таким чудовищем в одном доме находит...

 
Рассказ: «Август» (продолжение)

Мама, после твоего переезда, пришлось чуть ли не каждый день тебя навещать: то давление подскочило, то упала на ровном месте, восьмой десяток – не шутка. И вот всякий раз, как я заезжала во двор твоег...

 
Рассказ: «Август»

Самоубийцы пишут предсмертные записки, в которых успевают признаться в любви всему миру и попросить у него же прощения за то, что оказались тут лишними. А безнадежные больные, вроде меня, медлят, сомн...

 
ВОЙНА, ЛЮБОВЬ И НАДЕЖДА

Всем девочкам Великой Отечественной, дожившим и не дожившим до сегодняшних дней, посвящается.

 
Фрагмент романа: «Тайный знак»

Татьяна накинула на плечи каракулевую шубку и, взяв Настю под руку, потянула к служебному выходу. На улице возле подъезда стояла новенькая «Победа». Рядом топтались Михаил и Константин.

Copyright © 2020 Torontovka.com, All rights reserved