Эндрю Перси — бывший член британского парламента и министр, а также торговый представитель Великобритании в Канаде при премьер-министрах Дэвиде Кэмероне и Терезе Мэй. В настоящее время он является вице-президентом компании Crestview Strategy.
«Канаде стоит задуматься о вступлении в Европейский союз — у нас гораздо больше общего с Европой, чем с США».
Когда я впервые услышал это на одном званом ужине в Британской Колумбии от, казалось бы, умных, образованных и профессиональных людей, я решил, что это начало какой-то тонкой геополитической шутки. Я всё ждал кульминации, пока не осознал с ужасом, что человек говорил совершенно серьёзно.
Как британец — пусть и поддерживавший Brexit — я посчитал эту идею настолько абсурдной для Канады, что подумал: либо собеседник временно потерял здравый смысл, либо перебрал с хересом перед ужином.
Однако в последующие месяцы я слышал этот аргумент снова и снова: на круглых столах, частных встречах и публичных мероприятиях. Как бывшего депутата британского парламента меня часто спрашивали, что я думаю об этом. Идея настолько закрепилась в общественной дискуссии, что в апреле 2025 года компания YouGov даже провела опрос канадцев. Результат: 42% поддержали идею вступления Канады в ЕС, 33% выступили против.
Я прекрасно понимаю, что поведение нынешнего хозяина Белого дома и его непредсказуемая торговая политика пугают канадцев. И причины для этого есть. Именно поэтому правительство совершенно правильно стремится диверсифицировать торговые отношения Канады. Но подобные стремления должны опираться на реализм.
Прежде чем объяснять, почему членство в ЕС для Канады не только нереалистично, но и нежелательно, стоит трезво взглянуть на нынешнюю политическую ситуацию в Европе.
Слишком часто канадская интеллектуальная элита — как когда-то и британская — живёт романтизированным образом Европы: образованные, многоязычные люди пьют латте в галерейных кафе и спокойно соглашаются, что миру нужно больше международных правил и умеренности.
На этом фоне США изображаются как страна неотёсанных, плохо образованных людей в кепках MAGA, для которых решение любой проблемы — это оружие, предрассудки или теории заговора. Да, подобное существует. Но важно понимать и то, что происходит в самой Европе.
Те же популистские и радикальные силы, которые существуют в США, набирают популярность и в Европе. Во многих странах растёт поддержка правых националистических партий: AfD в Германии, Vox в Испании, National Rally во Франции, Партии свободы в Австрии и многих других. Их рост не всегда был линейным, но к этому стоит добавить и усиление крайне левых движений, уличных протестов и теорий заговора. Европа вовсе не является тем противоядием от американского популизма, каким её представляют многие.
Независимо от того, побеждает ли в Европе популизм или центристские силы, важно помнить: против торгового соглашения CETA между Канадой и ЕС выступала коалиция крайне левых, профсоюзов, правых популистов и части центристов. Тот «тёплый приём», на который рассчитывают в Канаде, может оказаться куда более прохладным.
Но главное — вступление в ЕС просто не отвечает интересам Канады. Чтобы понять почему, необходимо осознавать, что вообще означает членство в Евросоюзе.
Это означает серьёзную потерю суверенитета и подчинение законам, принимаемым за пределами страны людьми, которых канадцы никогда не избирали. Эти законы контролируются Европейским судом, которому канадские суды фактически должны будут подчиняться. Во времена членства Великобритании в ЕС подсчёты показывали, что около 60% британских законов принимались под влиянием Брюсселя.
Членство означает принципиальное согласие на переход к евро, участие в общей внешней политике, а также свободную миграцию из 27 стран ЕС, граждане которых должны будут получать доступ к жилью, медицине, пособиям, школам и университетам наравне с канадцами. Удачи с этим.
Это также означает отсутствие собственной торговой политики: все торговые соглашения будут заключаться Брюсселем, а не Оттавой — и в интересах экономики Европы, а не Канады.
Добавьте к этому миллиарды долларов ежегодных членских взносов, необходимость перехода на европейские стандарты в автомобильной промышленности, сельском хозяйстве, пищевой отрасли и многих других сферах. Итогом станет огромный торговый барьер с США — экономикой, от которой Канада зависит более чем на 70%.
Хуже того, это экономически крайне невыгодно. Последнее десятилетие Европа была вторым самым медленно растущим регионом мира после Антарктиды.
По данным OECD, совокупный рост ВВП Германии с второго квартала 2016 года составил лишь 6,3%, Франции — 12,5%. Для сравнения, экономика США выросла на 26,8%.
Разумеется, федеральное правительство Канады не предлагает вступать в ЕС, и попытки расширить торговые связи абсолютно оправданы. Но не стоит обманывать себя мыслью, будто где-то за горизонтом существует лёгкая альтернатива США.
Решение торговых проблем с Соединёнными Штатами — экономикой, которая действительно продолжает расти, — должно оставаться приоритетом. Как бы неприятны ни были последние выпады и оскорбления в адрес Канады, никакой флирт с Евросоюзом не способен заменить отношения с южным соседом.
Поэтому в следующий раз, когда кто-то скажет: «Канаде стоит подумать о вступлении в ЕС», — пусть хотя бы подготовит хорошую концовку к этой фантастической шутке.
Подписывайтесь на наш Telegram-канал, чтобы всегда оставаться в курсе событий.
