Переориентация на Пекин вместо сотрудничества с Вашингтоном ставит под угрозу рабочие места канадцев.
"Для нас это не торговая война", — заявил на прошлой неделе Джеймисон Грир.
Это заявление расходится с тем, как канадцы воспринимают текущий торговый спор с Соединенными Штатами. Грир, главный торговый переговорщик Дональда Трампа, не впервые делает подобные заявления. Он также не первый высокопоставленный американский чиновник, который отвергает идею о том, что США ведут торговую войну с Канадой.
Соединенные Штаты ввели против нас пошлины, а мы ответили тем же. Более того, Канада не ограничилась ответными тарифами: в большинстве провинций была запрещена продажа американского алкоголя, американские компании лишились доступа ко многим государственным контрактам, а политики призывали граждан отказаться от поездок в США.
Канадцы открыто считают, что находятся в состоянии войны с США, даже если американцы этого не видят.
"Для нас это не торговая война. Мы пытаемся защитить и поддержать внутренние цепочки поставок. Это касается не только Канады, мы делаем это на глобальном уровне", — пояснил Грир, отвечая на вопрос канадского журналиста на сельскохозяйственной выставке в Айове.
На фоне угрозы новых тарифов — пошлин на дополнительные товары стоимостью 28 миллиардов долларов, которые сильнее всего ударят по бизнесу в Британской Колумбии, Онтарио и Квебеке, — Грир представил действия Вашингтона как ответную меру.
"Если вы посмотрите на правовую и политическую базу этих пошлин, то увидите, что они связаны с мерами, которые Канада приняла против Соединенных Штатов", — заявил он.
"В мире есть только две страны, которые ввели ответные торговые меры против США: Китайская Народная Республика и Канада. Это не та компания, в которой вам стоит находиться", — добавил Грир.
Возможно, Китай — это не лучший союзник, но именно с ним сейчас сближается правительство Марка Карни в ответ на тарифы Трампа. Канада уже согласилась импортировать 49 000 китайских электромобилей с перспективой увеличения этого числа до 72 000 через несколько лет, а также подписала с Пекином документ о стратегическом партнерстве.
По мере того как шансы на заключение соглашения, которое позволило бы избежать новых тарифов и снизить действующие, становятся все более призрачными, возникает вопрос: что было бы, если бы Канада пошла по другому пути?
Речь идет о том, чтобы переориентироваться на Соединенные Штаты и дистанцироваться от Китая, а не делать наоборот.
Главные советники Трампа, как в его нынешней, так и в первой администрации, всегда занимали жесткую позицию в отношении Китая и с осторожностью относились к его экономической мощи. Питер Наварро более десяти лет назад стал соавтором книги "Смерть от Китая", а Роберт Лайтхайзер в своей книге "Торговля не бывает свободной" уделяет много внимания тому, как Америка должна противостоять Пекину.
В документе, опубликованном Стивеном Мираном в ноябре 2024 года, который лег в основу тарифной политики Трампа, Китаю отведена центральная роль.
Практически все решения Трампа в области пошлин направлены на укрепление США, возвращение производства в страну и противостояние Китаю. Если бы канадские лидеры решили помочь Трампу в этой борьбе, а не разворачивались в сторону Пекина, ситуация сегодня могла бы быть иной.
Вместо этого Оттава позволила рефлекторному антиамериканизму, который всегда скрывается где-то на поверхности, захватить политический дискурс и породить агрессивную риторику. Это продолжает ставить под угрозу торговые отношения, от которых зависят многие рабочие места в Канаде.
Призыв к смене курса — это не проявление слабости или уступка Трампу, это стратегический шаг в интересах канадских рабочих.
Стоит помнить, что Канада нуждается в этой сделке больше, чем американцы. Наш экспорт в Соединенные Штаты равен примерно 20% ВВП Канады, тогда как их экспорт к нам — менее 1,5% их ВВП.
Переориентация на США при одновременном продолжении попыток расширить торговлю с Европой, Азией и Южной Америкой была бы разумным шагом. Сближение с Китаем в тот самый момент, когда американцы видят в Пекине своего главного экономического и геополитического соперника, — это безумие.
Похоже, Канада выбрала это безумие и теперь не знает, куда двигаться дальше.
