logo257x50
Курс (CAD)
USD 0.78
EUR 0.76
RUB 47.66
 
Сегодня
29 °C  Today weather
Завтра
24 °C  Tomorrow weather
 
Дмитрий Рогозин уволен из «Роскосмоса». Что он сделал и что после себя оставил? Рассказывает популяризатор космонавтики Виталий Егоров
15:47
, 07/15/2022
0
15 июля Владимир Путин уволил Дмитрия Рогозина с поста руководителя «Роскосмоса», назначив на его место Юрия Борисова, ранее занимавшего должность вице-премьера РФ. Пробыв на своем посту более четырех лет (что, по сравнению с предшественниками, немало), Рогозин оказался, безусловно, одним из самых ярких руководителей российской космической отрасли. За ее пределами он запомнится и неожиданными обещаниями отправить российских космонавтов на Луну, и скандалами при строительстве космодрома Восточный, но прежде всего — яркими, хоть и не всегда уместными, пикировками в твиттере с Илоном Маском. По просьбе «Медузы» популяризатор космонавтики Виталий Егоров поделился своим личным взглядом на итоги работы Рогозина и объяснил, почему судьба «Роскосмоса» на самом деле уже давно находится не в руках его руководителей.

Чтобы оценивать роль личности Рогозина в развитии российской космонавтики в последние годы, нужно четко разделять две совершенно разные вещи: то, что он говорил, и то, что он делал. Не следует путать и даже сравнивать одно с другим.
Дело в том, что значительная часть его разговоров — а говорил он много — это не обещания, транслируемые обществу. Это демонстрация готовности сделать что-то в интересах государства, будь то запустить атомный звездолет, полететь на Луну, вывести на орбиты тысячи спутников и обогнать в этом отношении Илона Маска. Подобные высказывания — это не обещания, а публичные предложения, направленные конкретному заказчику, государству. Он, используя информационный ресурс, таким образом пытался привлечь внимание к отрасли и пролоббировать какие-то государственные контракты в надежде, что вместе с ними в космическую отрасль придут деньги и можно будет их осваивать.
Поэтому когда Рогозин говорил, например, о том, что Россия может самостоятельно полететь на Луну
, — это не было реальной космической программой, это была демонстрация готовности полететь, если на то будет выделено необходимое финансирование. И потому все те слова главы «Роскосмоса», которые можно расценить как обещания, следует мысленно дополнять подразумеваемой фразой: «Если на то будет выделено необходимое финансирование». Без нее они действительно выглядят пустой бравадой, хотя в реальности ей и не были — это были публичные (и в целом не очень удачные) попытки лоббирования интересов космической отрасли. 
Если говорить о практических результатах деятельности Рогозина, то они все-таки существуют и могут быть разделены на позитивные и негативные. 
Среди позитивных к самым очевидным можно отнести довольно низкую аварийность производимых и запускаемых ракет. Здесь, конечно, не все было безупречно: так, еще в декабре 2021 года запуск «Ангары-А5» оказался неудачным (сама «Ангара» сработа хорошо, но разгонный блок «Персей» сгорел в атмосфере вместе с полезной нагрузкой). Тогда и сам Дмитрий Рогозин, и «Роскосмос» сделали очень многое, чтобы никто об этом происшествии не узнал или хотя бы не обратил на него внимания. И все же, даже с учетом этого эпизода, за время, когда «Роскосмосом» руководил Дмитрий Рогозин, наблюдался беспрецедентный за всю историю и российской, и советской космонавтики период безаварийных запусков. Это действительно уникально и, безусловно, является его заслугой. 
Второе. Можно уверенно говорить, что за время его руководства «Роскосмосом» количество коррупционных случаев в отрасли сократилось. Оценивать их число можно по-разному, но одним из самых очевидных показателей является количество судебных дел, ставших достоянием общественности. Число это, конечно, не сократилось до нуля, но даже с учетом случаев последних пары лет, связанных с космодромом Восточный, оно снизилось значительно. Это тоже результат деятельности Дмитрия Рогозина, который инициировал создание в «Роскосмосе» специальной аудиторской комиссии, предназначенной для оценки результатов работы предприятий корпорации и предотвращения коррупции.
Третье. Можно сказать, что при Рогозине российская космическая отрасль достигла гораздо большей вертикальной интеграции. До него очень многие российские космические предприятия хоть и находились под единым «зонтиком» «Роскосмоса», но на самом деле вели относительно автономную деятельность. С одной стороны, это помогало им быть гибче и выживать, привлекая какие-то сторонние, дополнительные заказы. Однако эта же автономность приводила к постоянному дублированию, отсутствию технологического обмена, к тому, что каждое предприятие изготавливало даже поддающиеся унификации модули для себя и под себя. В этом плане Рогозин тоже сумел несколько изменить ситуацию, добиться большей консолидации и централизации работы, а, следовательно, повысить эффективность «Роскосмоса».
Наконец, нельзя не вспомнить, что Дмитрий Рогозин повел себя очень достойно, когда арестовали Ивана Сафронова
. Он не уволил его задним числом (как этого вполне можно было ожидать), а даже высказывался в его защиту и, по-видимому, интересовался его судьбой. С человеческой стороны это было очень достойно.
Теперь к негативному. Самое главное — и это стало совсем очевидно в последние полгода — сводится к тому, что Рогозин крайне активно использовал космонавтику в своих политических интересах. С одной стороны, он, будучи политиком еще до прихода в «Роскосмос», использовал свой политический вес, чтобы пытаться выбивать дополнительные госконтракты. С другой стороны, он использовал космонавтику для собственной политической игры: и просто в своих личных интересах, и в интересах России — так, как он их понимал.
Оказывая давление на британских коммерческих заказчиков, на Европейское космическое агентство, допуская резкие критические замечания в адрес международных партнеров (причем даже до 24 февраля 2022 года), он серьезно подрывал шансы российской космонавтики на получение международных заказов и на включение российских ученых в международные научные проекты. Безусловно, очень важным фактором, повлиявшим на уход международных партнеров, был 2014 год и российская внешняя политика в целом. Но своими словами и публикациями, которые, безусловно, на Западе замечали и слышали, Рогозин все-таки очень сильно подогревал негативное отношение к российскому космосу. 
В результате за последние лет десять у Роскосмоса не было практически ни одного сколько-нибудь крупного международного контракта или партнерства. Последним был «Экзомарс», после которого, фактически, новые международные проекты кончились. Было подписано соглашение об исследовании Луны с Китаем, однако и там никакого продвижения в практическом плане уже не случилось.
После начала «специальной военной операции» Рогозин сознательно отказался поставлять двигатели американцам, отказался предоставлять
уже оплаченные в рамках коммерческих договоров ракеты-носители в интересах британской компании OneWeb. По сути, присвоил себе шесть ракет, оплаченных иностранным заказчиком. Этот шаг он пытался представить как некий политический жест против Великобритании (чье правительство имеет примерно 20-процентную долю в компании). Но главное, чего этим удалось добиться, — это очень четко показать всему миру, насколько ненадежным партнером может быть Россия в космонавтике. Он наглядно продемонстрировал, что Россия вполне может просто взять деньги, что-то пообещать и ничего не сделать, попросту обмануть своих партнеров в любой момент. То, что отношение к российской космонавтике за последние годы в очень значительной степени изменилась в негативную сторону — это тоже личная заслуга именно Дмитрия Рогозина.
В целом можно сказать, что если бы теперь уже бывший глава «Роскосмоса» просто молчал и делал то, что делал, то он мог бы остаться в истории отечественной космонавтики как некий «собиратель земель», человек, который остановил развал отрасли и сделал все возможное, чтобы спасти ее от кризиса, в который она опускалась после 2014 года.
Однако он не молчал. И потому выходит, что, с одной стороны, он космонавтику пытался поддерживать, но, с другой стороны, он же и лишал ее всякого будущего, уничтожая всякие международные перспективы. Прекрасно при этом понимая, что текущий государственный контракт и федеральная космическая программа не способны обеспечить всех потребностей нашей космонавтики, как в поддержании ее стабильной деятельности, так и в каком-то научно-технологическом развитии. 
Можно долго рассуждать о том, как могла бы развернуться история «Роскосмоса», если бы Дмитрий Рогозин был чуть более сдержан в своих высказываниях и чуть более серьезно относился к международным проектам корпорации. Сейчас совершенно ясно, что каким бы чудесным ни был Рогозин, и каким бы замечательным ни оказался его сменщик, самый главный фактор, который влияет на нашу космонавтику в настоящее время (и на самом деле влиял еще с 2014 года) — это отношение России к Украине и те действия, которые страна совершает в своей международной политике. Пока Россия пытается вести войну со всем миром, то кто бы ни руководил «Роскосмосом», мир не повернется к российской космонавтике лицом. Отношение к нашей космической отрасли как к партнеру, которому можно доверять, придется восстанавливать еще очень долго.




по материалам meduza

Оставить комментарий
0 / 1000
Авторизуйтесь, чтобы написать комментарий
Комментарии
Комментариев пока что нет
Ещё Новости