В ночь на 16 апреля Туапсе атаковали украинские беспилотники. Это был первый из серии массированных ударов ВСУ по Туапсинскому нефтеперерабатывающему заводу и морскому терминалу «Роснефти», которые привели к экологической катастрофе в городе.
Власти Краснодарского края заявили, что во время атаки были повреждены 60 жилых домов, в основном частных, но также несколько многоквартирных. Один из дронов попал в дом семьи Татьяны и Андрея Боковых на Сочинской улице — прямо в комнату младшей дочери, 14-летней Валерии Боковой. После взрыва и пожара от дома остались одни руины.
«Я услышала взрыв за горой. У меня кровать стоит около самого окна. Я высунулась посмотреть, что там происходит. И вижу, что над домом соседей летит беспилотник. Он медленно летит, искры валят. Вероятно, подбитый уже был. И падает аккурат на дом. В то место, где у них был зал. Взрыв, полетели стекла, у меня окно выбило. Слышу крики: „Помогите, помогите“», — рассказывала о произошедшем журналистам 93.ru соседка Боковых.
Сразу же после атаки губернатор Вениамин Кондратьев объявил, что девочка погибла. Следственный комитет согласился и возбудил уголовное дело о теракте. СМИ писали, что в семье Боковых есть участники российско-украинской войны. Отец и старший брат Леры воевали на фронте. Брат погиб.
Спасатели и волонтеры три дня беспрерывно разбирали завалы на Сочинской улице. В какой-то момент из-под обломков дома достали живую кошку. Тело Леры Боковой так и не обнаружили. Различные эксперты и источники местных СМИ выдвигали предположения: взрыв в доме Боковых был такой силы, что могло не остаться даже останков.
Власти вызывали на помощь поисковый отряд «ЛизаАлерт». Это тоже не дало результата. «Мы проводили там поисковые мероприятия в первые дни, — рассказала корреспонденту издания „Такие дела“ пресс-секретарь отряда Рима Оганян. — Когда случилась атака, на место были стянуты вообще все силы города, там был просто хаос. Туда поехал наш лучший кинологический расчет, помимо этого, наши ребята проводили осмотр местности. Основываясь на их работе, мы свои мероприятия в конечном итоге завершили».
Следственный комитет, с которым напрямую работает «ЛизаАлерт», выдал официальное заключение о том, что девочка погибла. «Если органы будут нас привлекать, мы, конечно, примем участие, но на данный момент не видим смысла… Если бы у нас был хоть 1% зацепки, мы бы стянули туда поисковиков со всей страны», — добавила представитель отряда.
Семью Боковых выводы властей не остановили. Родственники расклеили по всему городу ориентировки, продолжая надеяться на чудо. К поискам подключился благотворительный фонд «Ратиборец», который занимается сбором адресной помощи участникам войны против Украины.
24 апреля мать девочки Татьяна Бокова сделала публичное заявление перед камерами. Она сказала, что не верит официальной версии властей. По мнению матери, у Леры было время, чтобы спастись во время взрыва, и она могла в состоянии аффекта убежать из горящего дома и спрятаться в лесу.
«Лично я в 2:05 заходила к ней, поставила светильник, так как выключили свет. В 2:40 я с мужем ушла из коридора. Мимо нас ребенок пробежать никак не мог. Мы зашли в свою комнату… Прошло буквально 15–17 минут, как произошел этот взрыв. У нас завалило комнату. Пока мы это все разгребли, у ребенка была возможность убежать», — говорила Татьяна Бокова.
Она также утверждала, что никто из следователей в Туапсе даже не вызывал ее на допросы, а постановление о смерти дочери «спустила сверху Москва». В пользу версии о том, что Лера может скрываться где-то в окрестностях, она добавила: уже после пропажи дочери «с ее телефона кто-то пытался кому-то позвонить». Но следователи якобы только отмахнулись от этой информации.
В «Ратиборце» поддержали версию родителей о том, что Лера, возможно, получила контузию или даже от стресса лишилась памяти, но все еще жива и где-то скрывается. Волонтеры не прекращали поиски, они исследовали близлежащие заброшенные дома, кладбище и лесополосу, и ежедневно публиковали видеоотчеты.
Так, они сообщали, что обнаружили в лесу след босой ноги, соответствующий 36-му размеру, который носит Лера. Затем говорили, что дрон «Ратиборца» с тепловизором зафиксировал перемещения Леры в лесу. Но когда поисковики прибыли на место, там уже никого не было, а коптер разрядился. Наконец спустя две недели поисков один из сотрудников «Ратиборца» даже заявил, что видел девочку в лесу живой, но она оттолкнула его и убежала. Все эти сообщения позже были опровергнуты.
В итоге деятельность «Ратиборца» вызвала лишь раздражение у местных жителей. Они упрекали сотрудников фонда в том, что те параллельно с поисками ведут денежные сборы и не подпускают к операции других волонтеров.
«Это кошмар! Они местных не пускают на поиски! Те приходят — их разворачивают. Им невыгодно, чтобы там были люди, которые знают местность и территорию и знают, что во мху нет следов! Мы обращались даже в полицию, а нам говорят: „Мы все про „Ратиборца“ знаем, но ничего сделать не можем“. Ведь вы понимаете: они связаны с СВО
, нельзя трогать таких людей…» — рассказала «Таким делам» жительница Краснодарского края по имени Наталья.
Некоторые жители Туапсе считают, что Леру могли припугнуть и спрятать на конспиративной квартире, ведь «пока поиски идут, сборы-то капают».
3 мая Татьяна Бокова записала новое видеообращение. «Следствие опровергло то, что она погибла. Мы предоставили очень много улик, но, к сожалению, я не могу это опубликовать, это запрещает следствие. Ну полиция сидит всегда там, бумажками занимается, мы своими силами занимаемся поиском дочери», — рассказывала она.
6 мая, спустя три недели после исчезновения Леры, волонтеры заявили, что меняют тактику и уже не надеются найти девочку живой. «Ищем останки девочки. Они могут находиться на довольно большом радиусе после взрыва», — сказали они. 9 мая «Ратиборец» объявил, что больше в поисках Леры Боковой не участвует.