В июле 2009 года Лане Эстемировой было пятнадцать лет. Она совсем недавно вернулась в Грозный после долгой разлуки с мамой, известной правозащитницей Натальей Эстемировой, — та отправляла дочь пожить с родственниками, чтобы не подвергать ее опасности. Пятнадцатого июля неизвестные похитили Наталью возле ее дома, вывезли на границу с Ингушетией и убили несколькими выстрелами в грудь и в голову. В 2025 году ее дочь Лана, на тот момент уже давно живущая за границей, написала книгу на английском языке — «Please Live: The Chechen Wars, My Mother and Me». Это воспоминания о детстве и отрочестве в Чечне девяностых и начала нулевых, о зачистках, пытках, нарушениях прав человека и руинах, служивших фоном для этого детства, а еще о самоотверженной и бесстрашной маме, старавшейся во что бы то ни стало построить для них двоих маленький островок нормальности. Спустя год издательство «Медузы» выпускает «Пожалуйста, живи» на русском.


Лана Эстемирова, автор «Пожалуйста, живи»

Я начала писать «Пожалуйста, живи» вскоре после того, как мне исполнилось двадцать два года. К тому времени стало понятно, что расследование убийства мамы намеренно заведено в тупик и убийцы не понесут наказания. Годами я несла в себе потерю самого близкого человека, смешанную со злостью из-за отсутствия правосудия и собственного бессилия. «А что касается злости, — писала мне мама в одном из своих имейлов в 2008 году, — от нее нужно бегать в прямом смысле».
Для меня эта книга стала своеобразным побегом, машиной времени, с помощью которой я воссоздала свое детство, нашу с мамой безумную и подчас опасную жизнь. «Пожалуйста, живи» — это книга контрастов, в которой журналы «Все звезды» соседствуют с заявлениями о без вести пропавших, а мои подростковые переживания перемежаются с ужасами маминой работы.
Чечня в начале 2000-х была по-настоящему страшным местом. Нужно было обладать особенной смелостью и упорством, чтобы изобличать зло, которое нас окружало. Чувство справедливости было маминым вторым нутром, и оно часто затмевало инстинкт самосохранения.
Мне было важно показать и цену этого героизма — ее символом стали цифры маминого номера телефона, которые я набирала в периоды наших многочисленных разлук. Пятнадцатого июля 2009 года ее телефон перестал отвечать.
Для многих россиян Чечня все еще остается полумифическим враждебным местом, полным стереотипов. Я не задавалась целью разрушить их, взывая к нашей общей человечности: слишком много пролито крови, чтобы разрубить этот гордиев узел одним взмахом. С первых страниц «Пожалуйста, живи» становится очевидно, что Чечня существовала в абсолютно параллельной реальности и никакие истории про «голодные девяностые» не могут сравниться с ужасами войны и, позднее, кадыровским ГУЛАГом. Но я уверена, что многие темы, затронутые в книжке, универсальны и у нас гораздо больше общего, чем кажется на первый взгляд.

Дочь Натальи Эстемировой — о своей матери и ее гибели
Meduza