Погиб Глен Хансард — музыкант, ставший одним из символов Ирландии. Если он шептал, то так, как будто рядом — никого. Если кричал, то так, что тряслись стены
7:54 am
, Today
0
29 июля погиб Глен Хансард — ирландский музыкант, фронтмен группы The Frames, участник дуэта Swell Season и обладатель «Оскара»: в 2008 году он получил награду за песню «Falling Slowly» из фильма «Однажды». Хансард попал в аварию на мотоцикле, когда возвращался с концерта из паба The Wrenʼs Nest в Дублине; ему было 56 лет. В истории ирландской музыки Хансард — важнейший автор и исполнитель, новость о его гибели потрясла многих. Соболезнования семье выразили Эд Ширан, Брюс Спрингстин, бывший президент США Барак Обама, создатель мюзикла «Гамильтон» Лин-Мануэль Миранда, Билли Айлиш и многие другие. О жизни и наследии музыканта, ставшего одним из символов Ирландии, рассказывает музыкальный критик Лев Ганкин.
В фильме «Однажды», который принес ирландскому певцу Глену Хансарду «Оскар» за лучшую песню, есть момент, который сегодня смотрится зловеще. Герой Хансарда, которого по сценарию зовут просто «парень», guy, без спроса угоняет у отца мотоцикл и везет на романтическую прогулку «девушку», girl, — загадочную незнакомку родом из Чехии в исполнении Маркеты Иргловой
, с которой он недавно познакомился на улице. Зная обстоятельства гибели артиста — он разбился в автокатастрофе на мотоцикле по пути с концерта, — смотреть эту сцену сейчас, откровенно говоря, тяжеловато.
Впрочем, своя жестокая логика в ней есть: Хансард, по меткому выражению режиссера картины (и его бывшего партнера по группе The Frames) Джона Карни, был «актером лишь наполовину». В отличие от Киллиана Мерфи, который изначально планировался на роль «парня», он, строго говоря, вообще не играл никакую роль, а попросту переносил на экран собственную жизнь — с мотоциклами, уличными перфомансами и лошадиными дозами музыки. Даже любовь с Иргловой по мере того, как длились съемки фильма, из фантазии стала реальностью — впоследствии они несколько лет жили вместе и записывали песни под вывеской Swell Season. Разве что ремонт велосипедов (которым артист реально промышлял в юности) по неизвестной причине заменили в сценарии на ремонт пылесосов — возможно, Ирглова, тянущая за собой по улице неисправный пылесос, была сочтена более киногеничной, чем со сломанным великом.
Глен Хансард не умел притворяться — и погиб (трагически, безвременно) в абсолютно рутинной, родной для себя ситуации: той, в которой он прежде оказывался много раз — и в жизни, и на экране.
GlenHansardVEVO
Его музыка тоже была прежде всего непритворной — именно это слово в связи с ней приходит на ум первым. Наследник великих сонграйтеров прошлых поколений — в его пантеон, по собственному признанию, входили Боб Дилан, Леонард Коэн и североирландец Вэн Моррисон, — Хансард перенял присущую многим их записям эмоциональную наготу. Если он шепчет — то так, как будто рядом нет никого, кроме него и слушателя; если кричит — то так, что слышно за версту.
«Сегодня мы будем петь тихо», — объявили Глен и Маркета, придя много лет назад на запись Tiny Desk Concert для радио NPR. Это казалось логичным — в маленькой студии в присутствии горстки счастливчиков они выступали в самом минималистском сеттинге из возможных: два голоса и акустическая гитара. Спустя полчаса, в одной из лучших своих песен «When Your Mindʼs Made Up», Хансард уже вопил так, что тряслись стены — а крупный план оператора снимал капли пота на его лице.
Хотя в фильме «Однажды» в 2007 году артист снимался уже в статусе состоявшейся звезды — с солидной дискографией группы The Frames за плечами, — в душе он оставался уличным певцом.
Биография Глена выглядит как компот из всех хрестоматийных рок-н-ролльных сюжетов в мировой истории: родился в многодетной семье у отца, злоупотреблявшего спиртным; в 13 лет бросил школу, решив зарабатывать на жизнь сбором монеток от прохожих в гитарный кейс; набрал первый состав группы из таких же, как он, маргиналов с Грэфтон-стрит
; провалился с дебютным альбомом и вылетел с лейбла; сжал зубы, не отчаялся и со второй попытки попал в топ-30, а спустя еще десять лет — и на верхнюю строчку ирландского чарта.
Даже став мировой знаменитостью, корешем Эдди Веддера и Брюса Спрингстина, с которыми его отчасти роднит особая певческая энергетика, Хансард не забыл о корнях и продолжал периодически играть для обычных дублинцев примерно там же, где и на заре карьеры — правда, теперь не просто так, а в благотворительных
целях.
Глен Хансард в составе The Frames выступает в клубе Town & Country Club. Лондон, 1992 год
Ian Dickson / Redferns / Getty Images
Глен Хансард на благотворительном рождественском уличном концерте в поддержку организации Dublin Simon Community. Дублин, 2017 год
Artur Widak / NurPhoto / Getty Images
В его случае это, как кажется, не столько любопытный факт биографии, сколько указание на характерную особенность творческого метода. Уличное пение отличается от любого другого тем, что в нем вовсе не существует дистанции между артистом и аудиторией. Даже в крошечной студии NPR
16-летней давности есть некое подобие сцены, а напротив — несколько стульчиков, обозначающих зрительный зал. Улица же, или площадь — это единое пространство, в котором музыкант находится на одном уровне со слушателями: как физически, обходясь без подиума и пьедестала, так и ментально (они подходят к нему, разговаривают с ним, бросают ему деньги — или, наоборот, пробуют их стащить, как происходит в первой же сцене фильма «Однажды»). Тут не спрячешься — и, доросши впоследствии до стадионов, Хансард так прятаться и не научился, доверяя магнитной пленке сокровенные мысли и заставляя сотни людей в едином порыве исполнять с ним хором стремительно взмывающие ввысь припевы.
Эта манера отличает более-менее все его записи: от самых драйвовых, рок-н-ролльных, до самых вкрадчивых и интроспективных. Кажется, это тоже свидетельство высокого художественного уровня: когда музыкант как бы вырастает над стилями и направлениями, в которых он работает — когда его харизма и особенности подачи оказываются сильнее выставленных жанром предварительных условий. The Frames
были рок-группой — и звучали соответственно: громко, энергично, порой немного грязновато. Swell Season — бардовский дуэт: акустические гитары, фортепиано, декоративные струнные и раскладка на два голоса: мужской и женский. В сольных работах Хансард «проглатывал» фолк, блюз, соул, инди-рок и не только — и повсюду, в любом контексте продолжал звучать безошибочно узнаваемо.
Frank Hoensch / Redferns / Getty Images
Если актером он, как мы выяснили, был «наполовину», то музыкантом — на полную катушку. Это можно оценить, к примеру, по песне, открывающей его, как теперь выясняется, последний прижизненный альбом: он вышел три года назад и назывался «All That Was East Is West of Me Now».
Хансарду на момент записи песни «The Feast of St. John» — и съемки клипа на нее — уже за 50, в его послужном списке — примерно пара десятков полноценных записей, более тысячи минут авторской музыки. При этом главная примета композиции — сокрушающая страсть: как будто человек впервые в жизни дорвался до микрофона и гитарного усилителя. Гармонически сочинение близко ирландскому фолку — но в жестком перегруженном звуке, напоминающем скорее кислотный электрический блюз. Так, кажется, не умели артисты, упоминавшиеся в этом тексте ранее — ни Вэн Моррисон, ни Коэн, ни Спрингстин. Зато что-то похожее иногда получалось, скажем, у Ника Кейва, и неудивительно, что в записи альбома принял участие основной кейвовский соавтор последних лет, скрипач Уоррен Эллис.
ANTI- Records
Фолк-основа «The Feast of St. John», опять же, неудивительна: среди нескольких основных идентичностей Хансарда (уличный певец, мастер обостренных чувств) едва ли не самая главная — национальная.
Музыкант даже выглядел как карикатурный ирландец: высокий, светлокожий, с непослушной копной рыжих кудрей. В одной из серий «Симпсонов» мультипликационный аватар Хансарда воспроизводит сцену из уже знакомого нам фильма «Однажды» — артист стоит на улице и поет под гитару оскароносную балладу «Falling Slowly». Правда, дальше окно верхнего этажа распахивается, и тщательно прорисованная героиня Маркеты Иргловой швыряет в него подаренное ей в картине фортепиано — это забавное камео доказывает, что, при всей прочувствованности песен Глена, он умел и пошутить над собой. Однако еще это несомненный показатель статуса: на момент съемки эпизода мультсериала (то есть — в 2009 году) Хансард, получается, был уже таким же безусловным символом Ирландии, как лепреконы, пиво «Гиннесс» и замок Бларни, также фигурирующие в кадре.
Luciano Viti / Getty Images
О том же, вероятно, уже в наши дни свидетельствуют и бесконечные потоки соболезнований со стороны официальных лиц страны — от президента и премьер-министра до суперзвезд Боно и Боба Гелдофа.
Но, кажется, главный эпизод прижизненной канонизации Глена Хансарда на родине произошел не сейчас, а чуть раньше — в 2023-м, когда именно ему выпало спеть «Fairytale of New York», ключевую песню другого ирландского рок-классика, Шейна Макгоуэна из The Pogues, на похоронах последнего. Возможно, это самая ирландская видеозапись в истории музыки — торжественная и немного дикая, частью панихида, частью — балаганный номер, но полный, как и все у Хансарда, искреннего чувства и напрочь лишенный притворства.
4 августа в Дублине пройдет публичное прощание с самим Гленом Хансардом. Кто выступит на нем и какую песню споет («Falling Slowly»? «When Your Mindʼs Made Up»? А вдруг, чем черт не шутит, «The Feast of St. John»?), пока неизвестно.
RTÉ News
В фильме «Однажды», который принес ирландскому певцу Глену Хансарду «Оскар» за лучшую песню, есть момент, который сегодня смотрится зловеще. Герой Хансарда, которого по сценарию зовут просто «парень», guy, без спроса угоняет у отца мотоцикл и везет на романтическую прогулку «девушку», girl, — загадочную незнакомку родом из Чехии в исполнении Маркеты Иргловой
, с которой он недавно познакомился на улице. Зная обстоятельства гибели артиста — он разбился в автокатастрофе на мотоцикле по пути с концерта, — смотреть эту сцену сейчас, откровенно говоря, тяжеловато.
Впрочем, своя жестокая логика в ней есть: Хансард, по меткому выражению режиссера картины (и его бывшего партнера по группе The Frames) Джона Карни, был «актером лишь наполовину». В отличие от Киллиана Мерфи, который изначально планировался на роль «парня», он, строго говоря, вообще не играл никакую роль, а попросту переносил на экран собственную жизнь — с мотоциклами, уличными перфомансами и лошадиными дозами музыки. Даже любовь с Иргловой по мере того, как длились съемки фильма, из фантазии стала реальностью — впоследствии они несколько лет жили вместе и записывали песни под вывеской Swell Season. Разве что ремонт велосипедов (которым артист реально промышлял в юности) по неизвестной причине заменили в сценарии на ремонт пылесосов — возможно, Ирглова, тянущая за собой по улице неисправный пылесос, была сочтена более киногеничной, чем со сломанным великом.
Глен Хансард не умел притворяться — и погиб (трагически, безвременно) в абсолютно рутинной, родной для себя ситуации: той, в которой он прежде оказывался много раз — и в жизни, и на экране.
GlenHansardVEVO
Его музыка тоже была прежде всего непритворной — именно это слово в связи с ней приходит на ум первым. Наследник великих сонграйтеров прошлых поколений — в его пантеон, по собственному признанию, входили Боб Дилан, Леонард Коэн и североирландец Вэн Моррисон, — Хансард перенял присущую многим их записям эмоциональную наготу. Если он шепчет — то так, как будто рядом нет никого, кроме него и слушателя; если кричит — то так, что слышно за версту.
«Сегодня мы будем петь тихо», — объявили Глен и Маркета, придя много лет назад на запись Tiny Desk Concert для радио NPR. Это казалось логичным — в маленькой студии в присутствии горстки счастливчиков они выступали в самом минималистском сеттинге из возможных: два голоса и акустическая гитара. Спустя полчаса, в одной из лучших своих песен «When Your Mindʼs Made Up», Хансард уже вопил так, что тряслись стены — а крупный план оператора снимал капли пота на его лице.
Хотя в фильме «Однажды» в 2007 году артист снимался уже в статусе состоявшейся звезды — с солидной дискографией группы The Frames за плечами, — в душе он оставался уличным певцом.
Биография Глена выглядит как компот из всех хрестоматийных рок-н-ролльных сюжетов в мировой истории: родился в многодетной семье у отца, злоупотреблявшего спиртным; в 13 лет бросил школу, решив зарабатывать на жизнь сбором монеток от прохожих в гитарный кейс; набрал первый состав группы из таких же, как он, маргиналов с Грэфтон-стрит
; провалился с дебютным альбомом и вылетел с лейбла; сжал зубы, не отчаялся и со второй попытки попал в топ-30, а спустя еще десять лет — и на верхнюю строчку ирландского чарта.
Даже став мировой знаменитостью, корешем Эдди Веддера и Брюса Спрингстина, с которыми его отчасти роднит особая певческая энергетика, Хансард не забыл о корнях и продолжал периодически играть для обычных дублинцев примерно там же, где и на заре карьеры — правда, теперь не просто так, а в благотворительных
целях.
Глен Хансард в составе The Frames выступает в клубе Town & Country Club. Лондон, 1992 год
Ian Dickson / Redferns / Getty Images
Глен Хансард на благотворительном рождественском уличном концерте в поддержку организации Dublin Simon Community. Дублин, 2017 год
Artur Widak / NurPhoto / Getty Images
В его случае это, как кажется, не столько любопытный факт биографии, сколько указание на характерную особенность творческого метода. Уличное пение отличается от любого другого тем, что в нем вовсе не существует дистанции между артистом и аудиторией. Даже в крошечной студии NPR
16-летней давности есть некое подобие сцены, а напротив — несколько стульчиков, обозначающих зрительный зал. Улица же, или площадь — это единое пространство, в котором музыкант находится на одном уровне со слушателями: как физически, обходясь без подиума и пьедестала, так и ментально (они подходят к нему, разговаривают с ним, бросают ему деньги — или, наоборот, пробуют их стащить, как происходит в первой же сцене фильма «Однажды»). Тут не спрячешься — и, доросши впоследствии до стадионов, Хансард так прятаться и не научился, доверяя магнитной пленке сокровенные мысли и заставляя сотни людей в едином порыве исполнять с ним хором стремительно взмывающие ввысь припевы.
Эта манера отличает более-менее все его записи: от самых драйвовых, рок-н-ролльных, до самых вкрадчивых и интроспективных. Кажется, это тоже свидетельство высокого художественного уровня: когда музыкант как бы вырастает над стилями и направлениями, в которых он работает — когда его харизма и особенности подачи оказываются сильнее выставленных жанром предварительных условий. The Frames
были рок-группой — и звучали соответственно: громко, энергично, порой немного грязновато. Swell Season — бардовский дуэт: акустические гитары, фортепиано, декоративные струнные и раскладка на два голоса: мужской и женский. В сольных работах Хансард «проглатывал» фолк, блюз, соул, инди-рок и не только — и повсюду, в любом контексте продолжал звучать безошибочно узнаваемо.
Frank Hoensch / Redferns / Getty Images
Если актером он, как мы выяснили, был «наполовину», то музыкантом — на полную катушку. Это можно оценить, к примеру, по песне, открывающей его, как теперь выясняется, последний прижизненный альбом: он вышел три года назад и назывался «All That Was East Is West of Me Now».
Хансарду на момент записи песни «The Feast of St. John» — и съемки клипа на нее — уже за 50, в его послужном списке — примерно пара десятков полноценных записей, более тысячи минут авторской музыки. При этом главная примета композиции — сокрушающая страсть: как будто человек впервые в жизни дорвался до микрофона и гитарного усилителя. Гармонически сочинение близко ирландскому фолку — но в жестком перегруженном звуке, напоминающем скорее кислотный электрический блюз. Так, кажется, не умели артисты, упоминавшиеся в этом тексте ранее — ни Вэн Моррисон, ни Коэн, ни Спрингстин. Зато что-то похожее иногда получалось, скажем, у Ника Кейва, и неудивительно, что в записи альбома принял участие основной кейвовский соавтор последних лет, скрипач Уоррен Эллис.
ANTI- Records
Фолк-основа «The Feast of St. John», опять же, неудивительна: среди нескольких основных идентичностей Хансарда (уличный певец, мастер обостренных чувств) едва ли не самая главная — национальная.
Музыкант даже выглядел как карикатурный ирландец: высокий, светлокожий, с непослушной копной рыжих кудрей. В одной из серий «Симпсонов» мультипликационный аватар Хансарда воспроизводит сцену из уже знакомого нам фильма «Однажды» — артист стоит на улице и поет под гитару оскароносную балладу «Falling Slowly». Правда, дальше окно верхнего этажа распахивается, и тщательно прорисованная героиня Маркеты Иргловой швыряет в него подаренное ей в картине фортепиано — это забавное камео доказывает, что, при всей прочувствованности песен Глена, он умел и пошутить над собой. Однако еще это несомненный показатель статуса: на момент съемки эпизода мультсериала (то есть — в 2009 году) Хансард, получается, был уже таким же безусловным символом Ирландии, как лепреконы, пиво «Гиннесс» и замок Бларни, также фигурирующие в кадре.
Luciano Viti / Getty Images
О том же, вероятно, уже в наши дни свидетельствуют и бесконечные потоки соболезнований со стороны официальных лиц страны — от президента и премьер-министра до суперзвезд Боно и Боба Гелдофа.
Но, кажется, главный эпизод прижизненной канонизации Глена Хансарда на родине произошел не сейчас, а чуть раньше — в 2023-м, когда именно ему выпало спеть «Fairytale of New York», ключевую песню другого ирландского рок-классика, Шейна Макгоуэна из The Pogues, на похоронах последнего. Возможно, это самая ирландская видеозапись в истории музыки — торжественная и немного дикая, частью панихида, частью — балаганный номер, но полный, как и все у Хансарда, искреннего чувства и напрочь лишенный притворства.
4 августа в Дублине пройдет публичное прощание с самим Гленом Хансардом. Кто выступит на нем и какую песню споет («Falling Slowly»? «When Your Mindʼs Made Up»? А вдруг, чем черт не шутит, «The Feast of St. John»?), пока неизвестно.
RTÉ News
по материалам meduza
More news
