За выборами в небольшой и бедной Саксонии-Анхальт следит весь мир. Впервые после 1945 года к власти в Германии могут прийти ультраправые
02:21
, Сегодня
0
В воскресенье, 6 сентября, в немецкой федеральной земле Саксония-Анхальт пройдут региональные выборы, которые уже называют едва ли не главными в истории Германии XXI века. Сейчас этой землей руководит представитель Христианско-демократического союза канцлера Фридриха Мерца Свен Шульце, но все шансы сменить его есть у кандидата от правопопулистской партии «Альтернатива для Германии» Ульриха Зигмунда. Редактор проекта «декодер» и соавтор канала casadeutsch Дмитрий Карцев рассказывает, почему эти выборы имеют настолько большое значение далеко за пределами немецкой провинции.
Саксония-Анхальт — одна из самых малолюдных немецких федеральных земель (2,1 миллиона человек, меньше, чем в Берлине). Еще первый послевоенный канцлер ФРГ Конрад Аденауэр (правда, это если верить его политическим оппонентам), проезжая эти места по дороге в Западный Берлин, закрывал шторы в поезде, чтобы не видеть здешних «азиатских степей». Через несколько десятилетий, уже после объединения Германии, высокоскоростную железную дорогу, связывающую две части страны, проложили мимо столицы Саксонии-Анхальт Магдебурга. Сейчас это беднейшая земля по уровню ВВП на душу населения.
Именно здесь, в полузабытой провинции на востоке Германии, в ближайшее воскресенье может решиться политическая судьба страны — а возможно, всей Европы, включая Россию и Украину.
Во многом именно статус беднейшей земли предопределил популярность местной «Альтернативы для Германии». Она имеет шансы не просто победить (такое уже случалось — на земельных выборах в Тюрингии в 2024 году), а получить больше половины кресел в местном парламенте — ландтаге, сформировать однопартийное правительство и впервые в своей истории добиться реальной власти.
АдГ уже год как лидирует во всех опросах, сейчас ее рейтинг превышает 40%. У правящих сейчас и идущих вторыми христианским демократов примерно в два раза меньше. Интрига заключается в том, хватит ли «Альтернативе» голосов для абсолютного большинства мандатов
.
Высокий рейтинг АдГ — следствие провала конкурентовРейтинги АдГ поползли вверх по всей Германии уже через несколько месяцев после формирования нынешнего федерального правительства во главе с Фридрихом Мерцем весной 2025 года. Сегодня «Альтернатива» лидирует и во всех общенациональных рейтингах, хотя ее цифры в целом по Германии несколько ниже, чем в Саксонии-Анхальт (около 30%).
Рекламный плакат «Альтернативы для Германии»
Jan Huebner / Imago / Scanpix / LETA
Мерц начал правление с нарушения своего же предвыборного обещания не увеличивать государственный долг. Затем последовала череда публичных споров его христианских демократов (ХДС/ХСС) с партнерами по коалиции из Социал-демократической партии (СДПГ).
Быстрого улучшения ситуации в экономике не произошло: цены на топливо растут, ставшие легендарными опоздания поездов только увеличиваются, автогиганты то и дело объявляют о сокращении рабочих мест и закрытии производств, — и только в последние недели стали приходить слабые сигналы, что немецкая экономика чувствует себя лучше. Свежие прогнозы влиятельных немецких институтов обещают годовой рост в 1,5% ВВП, даже несмотря на продолжающийся кризис на Ближнем Востоке и последствия жары в Европе.
Любая крупная реформа — а кабинет Мерца запланировал их немало — в такой развитой партийной и парламентской системе, как немецкая, требует множества согласований и уточнений. А еще — правильной внешней коммуникации, которая особенно важна с учетом того, что большие реформы не дают моментального результата и проходят на неблагоприятном экономическом и внешнеполитическом фоне. И именно с ролью коммуникатора Мерц не справился, став самым непопулярным канцлером страны за всю историю наблюдений.
Еще в начале лета лидер христианских демократов в Санксонии-Анхальт Свен Шульце попросил руководство ХДС отменить собственную встречу в Магдебурге, чтобы лишний раз не раздражать местное население — и в ХДС согласились. Мерц в итоге в Саксонию-Анхальт все-таки приехал, но пиарщики Шульце сделали все, чтобы не превращать его визит в большое событие.
На таком фоне «Альтернативе» не приходится даже особенно стараться. Партия так и не смогла выработать согласованную позицию, например, по военной или пенсионной реформе, но росту ее рейтингов это не помешало. Правительство Мерца в качестве своего достижения отмечает ужесточение миграционной политики и падение уровня миграции (которое, впрочем, многие эксперты связывают с окончанием войны в Сирии), но критики считают, что это только усиливает позиции АдГ.
Рекламный плакат «Альтернативы для Германии», на котором написано: «Земля без нелегалов»
Sean Gallup / Getty Images
Предвыборное мероприятия «Альтернативы для Германии»
Hendrik Schmidt / picture alliance / Getty Images
Что касается самой Саксонии-Анхальт, в рейтингах проблем, которые местные жители называют основными, стабильно лидирует (или вместе с экономикой делит первое место) миграция. Что может показаться парадоксальным, поскольку эта федеральная земля — с одних из самых низких в Германии процентов населения «с миграционным прошлым» — 11,2%. Для сравнения: в соседней Нижней Саксонии этот показатель составляет 26%, а в Берлине — 40%.
Правда, от того же Берлина или, например, Лейпцига, где, как в других больших городах, тоже велика доля мигрантов, из Саксонии-Анхальт езды всего полтора-два часа, и многие работают или регулярно там бывают. К тому же в этой земле доля людей без немецкого гражданства растет опережающими остальную Германию темпами: в 2011-м их было 1,9%, два года назад — уже 7,6%. Тема миграции — одна из самых обсуждаемых в медийном пространстве в целом, в частности, один из первых вопросов, обсуждаемых в СМИ после каждого резонансного преступления — каково происхождение подозреваемого?
АдГ по-прежнему успешно эксплуатирует эту тему, обещая ввести антимиграционную полицию по типу американской ICE и запрет на въезд в Саксонию-Анхальт со своего первого дня у власти.
Но антимиграционной повесткой риторика «Альтернативы для Германии» не исчерпывается. «Альтернатива» умело распорядилась сложным чувством «остальгии» по ГДР (от немецкого Ost — восток).
С одной стороны, она регулярно использует символику тех времен и представления о том, что это было более безопасное, более предсказуемое и, конечно, более гомогенное общество. С другой, последовательно позиционирует себя как «антисоциалистическую» силу, но прежде всего с целью противопоставить себя якобы существующему «лево-зеленому картелю партий» и, когда удобно, обвинить их в «культурном марксизме»
и использовании «методов штази».
Фестиваль в поддержку «Альтернативы для Германии». На фото автомобили Trabant, которые производили в ГДР
Matthias Bein / picture alliance / Getty Images
На фестивале, организованном «Альтернативой для Германии», видно мопед Simson, который производился в бывшей ГДР. На бензобаке надпись «Ostdeutschland» (то есть Восточная Германия) на фоне кирпичной Берлинской стены
Matthias Bein / picture alliance / Getty Images
В одной из попыток понять причины популярности партии, местное отделение которой в Саксонии-Анхальт объявлено спецслужбами «доказано правоэкстремистским», автор журнала Spiegel отмечает, что для многих жителей региона этот статус напоминает решения партии прежних времен — приняли к сведению, отнеслись без излишней серьезности.
Другой пример сложного отношения к «остальгии»: идеолог АдГ в Саксонии-Анхальт Ханс-Томас Тильшнайдер обрушился с критикой памяти о Баухаусе (крупнейший музей находится в третьем по численности городе этой земли Дессау) — из-за того, что эта школа якобы вдохновила строителей послевоенных социалистических панелек. Противники АдГ, конечно, сразу вспомнили, что Баухаус закрыли в нацистские времена.
Ханс-Томас Тильшнайдер и Ульрих Зигмунд
Jan Woitas / picture alliance / Getty Images
Свою роль играют и пророссийские настроения в регионе. Для многих жителей востока Россия ассоциируется со временами «старой-доброй ГДР»; для крайне правых путинский режим выглядит привлекательной альтернативой либеральным ценностям. Те и другие вместе не любят США и мечтают о дешевом газе.
Буквально в последние дни перед выборами журналисты, бравшие интервью у того же Тильшнайдера, заметили у него на столе кружку с символикой российской армии. Сначала он пытался оправдываться и говорить, что это, мол, друг подарил, но позже признался: купил сам во время одной из поездок в Россию уже после полномасштабного российского вторжения в Украину.
Пророссийские симпатии Тильшнайдера не были секретом и прежде — он, например, выступал за сохранение и расширение преподавания русского языка в местных школах, тоже уже после начала большой войны.
Кружка «Армия России» в депутатском офисе Ханс-Томаса Тильшнайдера
Скриншот из видео Bild TV
Тильшнайдер — третий номер в партийном списке АдГ в Саксонии-Анхальт. Первое занимает Ульрих Зигмунд, и его личной популярностью многие объясняют взрывной рост партии в регионе. 600 тысяч подписчиков в инстаграме, 800 тысяч в тиктоке — он превратил собственные соцсети в самостоятельные медиа, которые в значительной степени избавили его от необходимости выстраивать отношения с традиционными СМИ.
В начале года Зигмунда затронул скандал, связанный с трудоустройством родственников на бюджетные должности, которым занимались видные функционеры АдГ — в его случае отец получил работу у коллег Зигмунда по парламенту. Но в итоге это не смогло серьезно повлиять ни на его популярность, ни на популярность «Альтернативы» в целом.
На митингах его нередко приветствуют перекличкой: Sieg — Mund, явно напоминая о нацистском приветствии Sieg Heil (Sieg переводится как «победа»). Когда влиятельный журнал Spiegel опубликовал фотографию Зигмунда с подписью «Самый опасный человек Германии», политик начал с удовольствием подписывать ее для фанатов. В статье говорилось, что он окружил себя большим количеством как минимум бывших нацистов. Известно и то, что он со вступления в АдГ в 2014 году принадлежал к радикально-националистическому крылу этой партии.
Агитаторы за «Альтернативу для Германии»
Annegret Hilse / Reuters / Scanpix / LETA
Скептически настроенные по отношению к Зигмунду немецкие эксперты полагают, что его роль в сегодняшней популярности «Альтернативы» в Саксонии-Анхальт переоценена — в соседних восточных землях рейтинги партии не сильно меньше. Определенный процент ей мог невольно добавить и бывший глава региона Райнер Хазелофф — христианский демократ, который правил землей с 2011 года.
Его личная популярность была очень высока, но за полтора десятилетия своего правления он так и не подготовил преемника, а пару человек, которые претендовали на эту роль, отстранил от себя и от власти.
Многие ждали, что Хазелофф либо уйдет раньше, либо поведет ХДС на выборы сам. В итоге 72-летний политик (между прочим, всего на пару лет старше Мерца) не сделал ни того, ни другого: ушел только в январе этого года и оставил после себя значительно менее известного министра экономики Шульце. Известно, что действующие главы правительства получают дополнительный буст голосов благодаря тому, что население успевает к ним привыкнуть, — но к Шульце привыкнуть просто не успели.
Вероятность, что «Альтернатива» в итоге получит абсолютное большинство мест в ландтаге, не так велика. Местные «Зеленые» при поддержке продемократических НКО запустили кампанию «умного голосования» и призывают голосовать за себя сторонников ХДС и Левой партии. Логика такая: «большие» партии в парламент точно пройдут, а небольшим политическим силам надо бороться с пятипроцентным барьером. Чем больше партий будет представлено в ландтаге, тем меньше мест будет у АдГ (так как голоса не прошедших в парламент партий распределяются между победителями). Кампания идет относительно успешно: еще месяц назад «Зеленые» имели в опросах 3-4%, сейчас уже 5-6%. Кроме того, в парламент должны пройти социал-демократы, которые тоже немного поправили свое положение и показывают в рейтингах 8-9%.
Но даже если АдГ не сможет сформировать в Саксонии-Анхальт однопартийное правительство, это не обещает местным — и федеральным — христианским демократам легкую жизнь. Главу правительства избирает парламент тайным голосованием. Чтобы получить больше половины голосов, лидеру местной ХДС Свену Шульце понадобится поддержка одной, двух, а то и трех левых политических сил — СДПГ, «Зеленых» и, собственно, «Левой партии», которая во всех опросах уверенно идет третьей (после христианских демократов и «Альтернативы»).
Реклама Ульриха Зигмунда из АдГ, Зеленой партии и социал-демократов
Matthias Schrader / AP / Scanpix / LETA
Это значит, что со всеми этими партиями ХДС придется вести переговоры. Между тем в 2018 году христианские демократы партийным решением одновременно запретили сами себе вступать в коалиции со всеми радикалами: и с АдГ (из-за ее праворадикальных устремлений), и с Левой. Это и есть так называемый «брандмауэр» — защитная стена против радикалов.
Многие христианские демократы категорически против любого взаимодействия с Левой партией (хотя оно фактически налажено в соседних Тюрингии и Саксонии, где без поддержки этой партии премьеры из ХДС тоже не смогли бы получить большинство голосов на выборах). В одном из недавних социологических исследований сторонники ХДС в Саксонии-Анхальт разделились ровно пополам по вопросу о том, нужно ли партии искать поддержки «Левой» ради того, чтобы не допустить к власти «Альтернативу».
Существует вероятность, что, если Шульце все-таки пойдет на переговоры с Левой партией, на тайном голосовании в парламенте кто-то из христианских демократов проголосует против него. Это почти наверняка спровоцирует большой кризис во всей ХДС/ХСС — брандмауэр перестанет работать.
Сама Левая партия не то чтобы горит желанием поддерживать Шульце. Если ни предствитель АдГ, ни политик от ХДС не получит больше половины голосов на голосовании в парламенте, депутаты должны будут проголосовать, распускать ли его и назначать ли перевыборы. Если и тут не будет достигнуто консенсуса, будет назначен третий тур. А в нем победит тот, у кого будет больше всех голосов, даже если их меньше половины.
Как ни странно, возможно, для берлинских христианских демократов в целом это был бы самый безопасный вариант: он избавляет их от необходимости в очередной раз объясняться за сотрудничество с левыми силами. При этом АдГ была бы сильно ограничена, если вовсе не заблокирована — для каждого закона им приходилось бы с боем добиваться большинства.
Марш против расизма и социального неравенства в Магдебурге, Саксония-Анхальт
Somaya Abdelrahman / Anadolu / Getty Images
Протествующие против фестиваля, организованного «Альтернативой для Германии»
Hendrik Schmidt / picture alliance / Getty Images
Незадолго до голосованияпрофессор политологии Йенского университета Свен Лойниг изучил всю программу AfD, а Марк-Никлас Куно и Лукас Борншайн из Галле (одного из крупнейших городов Саксонии-Анхальт) — отдельно ту ее часть, которая посвящена миграции. Их выводы: реализуема примерно треть обещаний AfD, а в отношении иностранцев — еще меньше. Например, ни одна федеральная земля единолично не имеет права полностью отказаться принимать беженцев .
Вот что из обещанного сможет реализовать «Альтернатива», если сформирует в Саксонии-Анхальт правительство и будет иметь большинство голосов:
В итоге чиновники могут, например, начать отказывать в продлении вида на жительства на заведомо незаконных основаниях — но пока дело дойдет до решения суда, человеку нужно как-то жить. Или, например, земельное правительство не может приказать местной полиции высылать из Германии людей без легального статуса, но может потребовать автобусами везти этих людей в Берлин — мол, сами разбирайтесь. Даже нынешнее правительство Саксонии-Анхальт во главе с ХДС, несмотря на федеральные судебные запреты, сокращает выплаты просителям убежища.
В случае, если АдГ действительно захочет пойти на эскалацию, это потребует от федеральных властей реакции. И тут выяснится, что возможностей решительно воздействовать на местное правительство у него не так много.
Статья 37 немецкого Основного закона предусматривает так называемые «меры федерального принуждения» против земли-нарушительницы. Эта статья никогда в послевоенной истории Германии не применялась, и, как отмечает юрист Мартин Лебер, реальные полномочия федерального центра существенно ограничены. Попытка по-настоящему решительных мер грозила бы берлинскому правительству тяжелым поражением в суде и обвинениями в установлении диктатуры — причем далеко не факт, что только со стороны «Альтернативы».
Агитационный постер AfD, стилизованный под военный призыв, с надписью «Bürgerwehr ist deine Pflicht!» («Гражданское ополчение — твой долг»)
Peter Gercke / dpa / Scanpix / LETA
Еще в начале работы правительства Мерца в немецкие СМИ утекли внутренние стратегические документы «Альтернативы» о том, как она планирует развалить коалицию ХДС/ХСС и СДПГ. В отличие, например, от «Братьев Италии» Джорджи Мелони АдГ ничем не демонстрирует стремление к дерадикализации. В свежем интервью председательница партии Алис Вайдель заявила, что по-прежнему выступает за выход из Шенгена и еврозоны, а также высылку всех без разбора сирийских беженцев.
Другое дело — хватит ли у «Альтернативы для Германии» политических компетенций для того, чтобы спровоцировать такой кризис. В отличие от тех же «Братьев Италии» АдГ никогда прежде не была у власти, а значит, не имеет реального опыта взаимодействия с бюрократической машиной, которая будет сопротивляться радикальным мерам, если не идеологически, то, как минимум, по инерции.
Выборы в воскресенье, так или иначе, не станут концом истории. 20 сентября выбирать местные парламенты будут в Берлине и еще в одной восточной земле — Мекленбург-Передняя Померания. В обеих АдГ имеет шансы победить. В Саксонии-Анхальте же полиция уже готовится к вечеру воскресенья: ждут протестов как левых, так и правых активистов.
Саксония-Анхальт — одна из самых малолюдных немецких федеральных земель (2,1 миллиона человек, меньше, чем в Берлине). Еще первый послевоенный канцлер ФРГ Конрад Аденауэр (правда, это если верить его политическим оппонентам), проезжая эти места по дороге в Западный Берлин, закрывал шторы в поезде, чтобы не видеть здешних «азиатских степей». Через несколько десятилетий, уже после объединения Германии, высокоскоростную железную дорогу, связывающую две части страны, проложили мимо столицы Саксонии-Анхальт Магдебурга. Сейчас это беднейшая земля по уровню ВВП на душу населения.
Именно здесь, в полузабытой провинции на востоке Германии, в ближайшее воскресенье может решиться политическая судьба страны — а возможно, всей Европы, включая Россию и Украину.
Во многом именно статус беднейшей земли предопределил популярность местной «Альтернативы для Германии». Она имеет шансы не просто победить (такое уже случалось — на земельных выборах в Тюрингии в 2024 году), а получить больше половины кресел в местном парламенте — ландтаге, сформировать однопартийное правительство и впервые в своей истории добиться реальной власти.
АдГ уже год как лидирует во всех опросах, сейчас ее рейтинг превышает 40%. У правящих сейчас и идущих вторыми христианским демократов примерно в два раза меньше. Интрига заключается в том, хватит ли «Альтернативе» голосов для абсолютного большинства мандатов
.
Высокий рейтинг АдГ — следствие провала конкурентовРейтинги АдГ поползли вверх по всей Германии уже через несколько месяцев после формирования нынешнего федерального правительства во главе с Фридрихом Мерцем весной 2025 года. Сегодня «Альтернатива» лидирует и во всех общенациональных рейтингах, хотя ее цифры в целом по Германии несколько ниже, чем в Саксонии-Анхальт (около 30%).
Рекламный плакат «Альтернативы для Германии»
Jan Huebner / Imago / Scanpix / LETA
Мерц начал правление с нарушения своего же предвыборного обещания не увеличивать государственный долг. Затем последовала череда публичных споров его христианских демократов (ХДС/ХСС) с партнерами по коалиции из Социал-демократической партии (СДПГ).
Быстрого улучшения ситуации в экономике не произошло: цены на топливо растут, ставшие легендарными опоздания поездов только увеличиваются, автогиганты то и дело объявляют о сокращении рабочих мест и закрытии производств, — и только в последние недели стали приходить слабые сигналы, что немецкая экономика чувствует себя лучше. Свежие прогнозы влиятельных немецких институтов обещают годовой рост в 1,5% ВВП, даже несмотря на продолжающийся кризис на Ближнем Востоке и последствия жары в Европе.
Любая крупная реформа — а кабинет Мерца запланировал их немало — в такой развитой партийной и парламентской системе, как немецкая, требует множества согласований и уточнений. А еще — правильной внешней коммуникации, которая особенно важна с учетом того, что большие реформы не дают моментального результата и проходят на неблагоприятном экономическом и внешнеполитическом фоне. И именно с ролью коммуникатора Мерц не справился, став самым непопулярным канцлером страны за всю историю наблюдений.
Еще в начале лета лидер христианских демократов в Санксонии-Анхальт Свен Шульце попросил руководство ХДС отменить собственную встречу в Магдебурге, чтобы лишний раз не раздражать местное население — и в ХДС согласились. Мерц в итоге в Саксонию-Анхальт все-таки приехал, но пиарщики Шульце сделали все, чтобы не превращать его визит в большое событие.
На таком фоне «Альтернативе» не приходится даже особенно стараться. Партия так и не смогла выработать согласованную позицию, например, по военной или пенсионной реформе, но росту ее рейтингов это не помешало. Правительство Мерца в качестве своего достижения отмечает ужесточение миграционной политики и падение уровня миграции (которое, впрочем, многие эксперты связывают с окончанием войны в Сирии), но критики считают, что это только усиливает позиции АдГ.
Рекламный плакат «Альтернативы для Германии», на котором написано: «Земля без нелегалов»
Sean Gallup / Getty Images
Предвыборное мероприятия «Альтернативы для Германии»
Hendrik Schmidt / picture alliance / Getty Images
Что касается самой Саксонии-Анхальт, в рейтингах проблем, которые местные жители называют основными, стабильно лидирует (или вместе с экономикой делит первое место) миграция. Что может показаться парадоксальным, поскольку эта федеральная земля — с одних из самых низких в Германии процентов населения «с миграционным прошлым» — 11,2%. Для сравнения: в соседней Нижней Саксонии этот показатель составляет 26%, а в Берлине — 40%.
Правда, от того же Берлина или, например, Лейпцига, где, как в других больших городах, тоже велика доля мигрантов, из Саксонии-Анхальт езды всего полтора-два часа, и многие работают или регулярно там бывают. К тому же в этой земле доля людей без немецкого гражданства растет опережающими остальную Германию темпами: в 2011-м их было 1,9%, два года назад — уже 7,6%. Тема миграции — одна из самых обсуждаемых в медийном пространстве в целом, в частности, один из первых вопросов, обсуждаемых в СМИ после каждого резонансного преступления — каково происхождение подозреваемого?
АдГ по-прежнему успешно эксплуатирует эту тему, обещая ввести антимиграционную полицию по типу американской ICE и запрет на въезд в Саксонию-Анхальт со своего первого дня у власти.
Но антимиграционной повесткой риторика «Альтернативы для Германии» не исчерпывается. «Альтернатива» умело распорядилась сложным чувством «остальгии» по ГДР (от немецкого Ost — восток).
С одной стороны, она регулярно использует символику тех времен и представления о том, что это было более безопасное, более предсказуемое и, конечно, более гомогенное общество. С другой, последовательно позиционирует себя как «антисоциалистическую» силу, но прежде всего с целью противопоставить себя якобы существующему «лево-зеленому картелю партий» и, когда удобно, обвинить их в «культурном марксизме»
и использовании «методов штази».
Фестиваль в поддержку «Альтернативы для Германии». На фото автомобили Trabant, которые производили в ГДР
Matthias Bein / picture alliance / Getty Images
На фестивале, организованном «Альтернативой для Германии», видно мопед Simson, который производился в бывшей ГДР. На бензобаке надпись «Ostdeutschland» (то есть Восточная Германия) на фоне кирпичной Берлинской стены
Matthias Bein / picture alliance / Getty Images
В одной из попыток понять причины популярности партии, местное отделение которой в Саксонии-Анхальт объявлено спецслужбами «доказано правоэкстремистским», автор журнала Spiegel отмечает, что для многих жителей региона этот статус напоминает решения партии прежних времен — приняли к сведению, отнеслись без излишней серьезности.
Другой пример сложного отношения к «остальгии»: идеолог АдГ в Саксонии-Анхальт Ханс-Томас Тильшнайдер обрушился с критикой памяти о Баухаусе (крупнейший музей находится в третьем по численности городе этой земли Дессау) — из-за того, что эта школа якобы вдохновила строителей послевоенных социалистических панелек. Противники АдГ, конечно, сразу вспомнили, что Баухаус закрыли в нацистские времена.
Ханс-Томас Тильшнайдер и Ульрих Зигмунд
Jan Woitas / picture alliance / Getty Images
Свою роль играют и пророссийские настроения в регионе. Для многих жителей востока Россия ассоциируется со временами «старой-доброй ГДР»; для крайне правых путинский режим выглядит привлекательной альтернативой либеральным ценностям. Те и другие вместе не любят США и мечтают о дешевом газе.
Буквально в последние дни перед выборами журналисты, бравшие интервью у того же Тильшнайдера, заметили у него на столе кружку с символикой российской армии. Сначала он пытался оправдываться и говорить, что это, мол, друг подарил, но позже признался: купил сам во время одной из поездок в Россию уже после полномасштабного российского вторжения в Украину.
Пророссийские симпатии Тильшнайдера не были секретом и прежде — он, например, выступал за сохранение и расширение преподавания русского языка в местных школах, тоже уже после начала большой войны.
Кружка «Армия России» в депутатском офисе Ханс-Томаса Тильшнайдера
Скриншот из видео Bild TV
Тильшнайдер — третий номер в партийном списке АдГ в Саксонии-Анхальт. Первое занимает Ульрих Зигмунд, и его личной популярностью многие объясняют взрывной рост партии в регионе. 600 тысяч подписчиков в инстаграме, 800 тысяч в тиктоке — он превратил собственные соцсети в самостоятельные медиа, которые в значительной степени избавили его от необходимости выстраивать отношения с традиционными СМИ.
В начале года Зигмунда затронул скандал, связанный с трудоустройством родственников на бюджетные должности, которым занимались видные функционеры АдГ — в его случае отец получил работу у коллег Зигмунда по парламенту. Но в итоге это не смогло серьезно повлиять ни на его популярность, ни на популярность «Альтернативы» в целом.
На митингах его нередко приветствуют перекличкой: Sieg — Mund, явно напоминая о нацистском приветствии Sieg Heil (Sieg переводится как «победа»). Когда влиятельный журнал Spiegel опубликовал фотографию Зигмунда с подписью «Самый опасный человек Германии», политик начал с удовольствием подписывать ее для фанатов. В статье говорилось, что он окружил себя большим количеством как минимум бывших нацистов. Известно и то, что он со вступления в АдГ в 2014 году принадлежал к радикально-националистическому крылу этой партии.
Агитаторы за «Альтернативу для Германии»
Annegret Hilse / Reuters / Scanpix / LETA
Скептически настроенные по отношению к Зигмунду немецкие эксперты полагают, что его роль в сегодняшней популярности «Альтернативы» в Саксонии-Анхальт переоценена — в соседних восточных землях рейтинги партии не сильно меньше. Определенный процент ей мог невольно добавить и бывший глава региона Райнер Хазелофф — христианский демократ, который правил землей с 2011 года.
Его личная популярность была очень высока, но за полтора десятилетия своего правления он так и не подготовил преемника, а пару человек, которые претендовали на эту роль, отстранил от себя и от власти.
Многие ждали, что Хазелофф либо уйдет раньше, либо поведет ХДС на выборы сам. В итоге 72-летний политик (между прочим, всего на пару лет старше Мерца) не сделал ни того, ни другого: ушел только в январе этого года и оставил после себя значительно менее известного министра экономики Шульце. Известно, что действующие главы правительства получают дополнительный буст голосов благодаря тому, что население успевает к ним привыкнуть, — но к Шульце привыкнуть просто не успели.
Вероятность, что «Альтернатива» в итоге получит абсолютное большинство мест в ландтаге, не так велика. Местные «Зеленые» при поддержке продемократических НКО запустили кампанию «умного голосования» и призывают голосовать за себя сторонников ХДС и Левой партии. Логика такая: «большие» партии в парламент точно пройдут, а небольшим политическим силам надо бороться с пятипроцентным барьером. Чем больше партий будет представлено в ландтаге, тем меньше мест будет у АдГ (так как голоса не прошедших в парламент партий распределяются между победителями). Кампания идет относительно успешно: еще месяц назад «Зеленые» имели в опросах 3-4%, сейчас уже 5-6%. Кроме того, в парламент должны пройти социал-демократы, которые тоже немного поправили свое положение и показывают в рейтингах 8-9%.
Но даже если АдГ не сможет сформировать в Саксонии-Анхальт однопартийное правительство, это не обещает местным — и федеральным — христианским демократам легкую жизнь. Главу правительства избирает парламент тайным голосованием. Чтобы получить больше половины голосов, лидеру местной ХДС Свену Шульце понадобится поддержка одной, двух, а то и трех левых политических сил — СДПГ, «Зеленых» и, собственно, «Левой партии», которая во всех опросах уверенно идет третьей (после христианских демократов и «Альтернативы»).
Реклама Ульриха Зигмунда из АдГ, Зеленой партии и социал-демократов
Matthias Schrader / AP / Scanpix / LETA
Это значит, что со всеми этими партиями ХДС придется вести переговоры. Между тем в 2018 году христианские демократы партийным решением одновременно запретили сами себе вступать в коалиции со всеми радикалами: и с АдГ (из-за ее праворадикальных устремлений), и с Левой. Это и есть так называемый «брандмауэр» — защитная стена против радикалов.
Многие христианские демократы категорически против любого взаимодействия с Левой партией (хотя оно фактически налажено в соседних Тюрингии и Саксонии, где без поддержки этой партии премьеры из ХДС тоже не смогли бы получить большинство голосов на выборах). В одном из недавних социологических исследований сторонники ХДС в Саксонии-Анхальт разделились ровно пополам по вопросу о том, нужно ли партии искать поддержки «Левой» ради того, чтобы не допустить к власти «Альтернативу».
Существует вероятность, что, если Шульце все-таки пойдет на переговоры с Левой партией, на тайном голосовании в парламенте кто-то из христианских демократов проголосует против него. Это почти наверняка спровоцирует большой кризис во всей ХДС/ХСС — брандмауэр перестанет работать.
Сама Левая партия не то чтобы горит желанием поддерживать Шульце. Если ни предствитель АдГ, ни политик от ХДС не получит больше половины голосов на голосовании в парламенте, депутаты должны будут проголосовать, распускать ли его и назначать ли перевыборы. Если и тут не будет достигнуто консенсуса, будет назначен третий тур. А в нем победит тот, у кого будет больше всех голосов, даже если их меньше половины.
Как ни странно, возможно, для берлинских христианских демократов в целом это был бы самый безопасный вариант: он избавляет их от необходимости в очередной раз объясняться за сотрудничество с левыми силами. При этом АдГ была бы сильно ограничена, если вовсе не заблокирована — для каждого закона им приходилось бы с боем добиваться большинства.
Марш против расизма и социального неравенства в Магдебурге, Саксония-Анхальт
Somaya Abdelrahman / Anadolu / Getty Images
Протествующие против фестиваля, организованного «Альтернативой для Германии»
Hendrik Schmidt / picture alliance / Getty Images
Незадолго до голосованияпрофессор политологии Йенского университета Свен Лойниг изучил всю программу AfD, а Марк-Никлас Куно и Лукас Борншайн из Галле (одного из крупнейших городов Саксонии-Анхальт) — отдельно ту ее часть, которая посвящена миграции. Их выводы: реализуема примерно треть обещаний AfD, а в отношении иностранцев — еще меньше. Например, ни одна федеральная земля единолично не имеет права полностью отказаться принимать беженцев .
Вот что из обещанного сможет реализовать «Альтернатива», если сформирует в Саксонии-Анхальт правительство и будет иметь большинство голосов:
- запретить вывешивать радужные флаги возле зданий местных школ и обязать их, наоборот, ежедневно поднимать флаг Германии и исполнять национальный гимн страны;
- организовать централизованные пункты приема и первичной проверки просителей убежища;
- расширить преподавание русского языка в школах;
- запретить чиновникам и работникам школ использовать гендерно-нейтральный язык;
- ввести в земельный закон об образовании требование обучать детей «в духе любви к родине и к немецкому народу»;
- прекратить финансировать постколониальные и гендерные исследования.
- отменить санкции против РФ на территории одной земли;
- лишить временной защиты украинцев;
- ввести отличные от общефедеральных требования по получению гражданства (тут нужно учесть, что в Саксонии-Анхальт и так один из самых высоких в Германии процент отказов, в прошлом году было 9,5%; больше только в маленькой земле Саар на западе страны);
- изъять имущество у просителей убежища в качестве «компенсации» за их пребывание (противоречит федеральным законам);
- снизить цены на электроэнергию (это федеральное регулирование);
- остановить строительство ветряных электростанций;
- потребовать от школ продвигать исключительно образ «традиционной семьи» (это противоречит требованию нейтральности образования, закрепленному сразу в нескольких законах, включая Основной);
- запретить открытие новых мечетей (религиозно мотивированные ограничения в этом случае противоречат Основному закону);
- ввести обучение в отдельных классах для детей беженцев и просителей убежища (противоречит Основному закону ФРГ).
В итоге чиновники могут, например, начать отказывать в продлении вида на жительства на заведомо незаконных основаниях — но пока дело дойдет до решения суда, человеку нужно как-то жить. Или, например, земельное правительство не может приказать местной полиции высылать из Германии людей без легального статуса, но может потребовать автобусами везти этих людей в Берлин — мол, сами разбирайтесь. Даже нынешнее правительство Саксонии-Анхальт во главе с ХДС, несмотря на федеральные судебные запреты, сокращает выплаты просителям убежища.
В случае, если АдГ действительно захочет пойти на эскалацию, это потребует от федеральных властей реакции. И тут выяснится, что возможностей решительно воздействовать на местное правительство у него не так много.
Статья 37 немецкого Основного закона предусматривает так называемые «меры федерального принуждения» против земли-нарушительницы. Эта статья никогда в послевоенной истории Германии не применялась, и, как отмечает юрист Мартин Лебер, реальные полномочия федерального центра существенно ограничены. Попытка по-настоящему решительных мер грозила бы берлинскому правительству тяжелым поражением в суде и обвинениями в установлении диктатуры — причем далеко не факт, что только со стороны «Альтернативы».
Агитационный постер AfD, стилизованный под военный призыв, с надписью «Bürgerwehr ist deine Pflicht!» («Гражданское ополчение — твой долг»)
Peter Gercke / dpa / Scanpix / LETA
Еще в начале работы правительства Мерца в немецкие СМИ утекли внутренние стратегические документы «Альтернативы» о том, как она планирует развалить коалицию ХДС/ХСС и СДПГ. В отличие, например, от «Братьев Италии» Джорджи Мелони АдГ ничем не демонстрирует стремление к дерадикализации. В свежем интервью председательница партии Алис Вайдель заявила, что по-прежнему выступает за выход из Шенгена и еврозоны, а также высылку всех без разбора сирийских беженцев.
Другое дело — хватит ли у «Альтернативы для Германии» политических компетенций для того, чтобы спровоцировать такой кризис. В отличие от тех же «Братьев Италии» АдГ никогда прежде не была у власти, а значит, не имеет реального опыта взаимодействия с бюрократической машиной, которая будет сопротивляться радикальным мерам, если не идеологически, то, как минимум, по инерции.
Выборы в воскресенье, так или иначе, не станут концом истории. 20 сентября выбирать местные парламенты будут в Берлине и еще в одной восточной земле — Мекленбург-Передняя Померания. В обеих АдГ имеет шансы победить. В Саксонии-Анхальте же полиция уже готовится к вечеру воскресенья: ждут протестов как левых, так и правых активистов.
по материалам meduza
Ещё Новости
