Совсем скоро знаменитую Шуховскую башню полностью разберут. И заменят на новодел. Рассказываем историю гиперболоида «ослепительного великолепия», который оказался не нужен ее владельцам

Телебашня на Шаболовке — самая известная конструкция инженера Владимира Шухова. Она была главным источником радио- и телесигнала в СССР, важнейшим инженерным достижением НЭПа — и все еще остается доминантой московского района Шаболовка. Этой осенью собственник башни, Российская телевизионная и радиовещательная сеть (РТРС
), почти полностью разберет ее — и к 2028 году заменит на новодел. Для специалистов это сравнимо с полным уничтожением шуховского проекта — они считают, что принципиально важно сохранить не только форму, но и исторические материалы, из которых она построена. Архитектурный журналист Ася Зольникова рассказывает историю башни-гиперболоида, которую ждет спорное обновление.

Владимир Шухов был очень изобретательным инженером, настоящим новатором. Сначала в Российской империи, а затем и в СССР, он создал несколько технологий и конструкций, которые применяли далеко не только в архитектуре. Например, он фактически создал технологическую основу для нефтепереработки в России: цилиндрические резервуары для нефтепродуктов, трубчатые паровые котлы, форсунки для сжигания мазута, нефтеналивные баржи, устройства для крекинга
нефти. Счет его изобретений идет на сотни, больше десятка запатентованы.
Владимир Шухов на велосипеде «Паук». Фото до 1917 года
Архив семьи Шуховых / Wikimedia Commons

Реклама котлов конструкции Владимира Шухова. 1895 год
Адресная книга города Санкт-Петербурга на 1895 год / Ред П. О. Яблонский. — СПб.: Лештуковская паровая скоропечатня П. О. Яблонского, 1895



Один из патентов Шухова — сетчатые гиперболоидные
конструкции. С конца XIX века инженер делал с их помощью перекрытия зданий, а затем и башни. Первую такую построили в 1896 году на Всероссийской промышленной и художественной выставке в Нижнем Новгороде.  
Гиперболоид собирали из прямых металлических стержней, которые ставили наклонно (иногда — в два ряда во встречных направлениях). Сверху и снизу их закрепляли кольцами. Прочные и в то же время легкие, стержни распределяли нагрузку башни равномерно: если у нее было 48 таких опор, как у гиперболоида на Шаболовке, то каждая из них несла одну сорок восьмую общего веса. Соратник Шухова, инженер Александр Галанкин, сравнивал
эту структуру с равенством в социалистическом обществе. 
Строительство павильона с сетчатым стальным покрытием для Всероссийской выставки 1896 года в Нижнем Новгороде
А. О. Карелин / Wikimedia Commons

Первая гиперболоидная башня Шухова. Нижний Новгород, 1896 год
А. О. Карелин / Wikimedia Commons



Такая технология позволяла делать стержни очень тонкими и относительно легкими. В сравнении с обычными вышками, шуховские башни требовали меньше металла, а для фундамента не нужна была большая глубина. Судя по архивным чертежам, опоры конструкции на Шаболовке погружены в землю всего на три метра; это очень мало при диаметре основания 40 метров. Кроме того, металлическая сетка хорошо пропускает воздух, а значит такая башня более устойчива к порывам ветра.

Российский государственный архив научно-технической документации
Башню на Шаболовке строили с 1919 по 1922 год. Владимир Ленин лично поддерживал строительство: он понимал пропагандистскую ценность радио, называя его в 1920-м «газетой без бумаги и без расстояний». За год до того Ленин подписал постановление о строительстве в Москве мощной радиостанции «в чрезвычайно срочном порядке». 
144-метровая башня на Шаболовке оставалась самым высоким сооружением Москвы до 1953 года, когда построили 240-метровое главное здание МГУ. Изначально конструкцию Шухова хотели сделать еще выше — 350 метров, девять секций вместо шести. Так она бы превзошла «буржуазную» 330-метровую Эйфелеву башню, самое высокое
на тот момент сооружение в мире. Да и металла потребовалось бы почти в четыре раза меньше, чем в Париже: 2,2 тысячи тонн вместо 7 тысяч у Эйфеля. 
Но материалов для такого рекорда все же не хватило: строительство шло в годы Гражданской войны, металл находили с большим трудом, ведь нужно было постоянно чинить мосты и железные дороги. Как вспоминал председатель Радиосовета Аким Николаев, с военными приходилось «сражаться»
за металл со складов в Смоленске, которыми еще до Первой мировой пользовались немецкие производства.
Проект гиперболоидной башни Владимира Шухова высотой 350 метров. 1919 год
Владимир Шухов / Wikimedia Commons

Башня на Шаболовке после аварии во время строительства 29 июня 1921 года
Владимир Шухов / Wikimedia Commons



Кадр из советского научно-популярного документального фильма «Космический мост», посвященного спутнику «Молния-1», который передавал телесигнал на дальние расстояния. 1965 год.
Махмуд Рафиков и Владимир Суворов / РИА Новости / Sputnik / Profimedia
Монтировали башню с помощью так называемой телескопической сборки: все секции возводили на земле, а затем поднимали одну за другой. Этот метод был экономным и безопасным, хотя по некоторым версиям, во время подъема четвертой секции трос оборвался и погиб рабочий. В некоторых источниках говорится, что после этого Шухова приговорили к «условному расстрелу»
.
Основатель просветительского проекта «Глазами инженера» Айрат Багаутдинов считает эту историю сомнительной: трос на лебедке действительно оборвался, но в официальных источниках нет информации о том, что тогда кто-то умер. За все время строительства погибли два человека «при других обстоятельствах», говорит эксперт. История об «условном расстреле» встречается только в одном источнике — дневнике Шухова. Насколько известно Багаутдинову, никто не пытался найти доказательств в архивах ФСБ: «Возможно, приговор звучал иначе. Мы вообще не знаем, что это был за документ».
Не случайно для строительства Шуховской башни выбрали именно Шаболовку. Как объясняла историк архитектуры, бывший директор Центра авангарда на Шаболовке Александра Селиванова, «место для этого выбрали максимально приближенное к Кремлю и самое высокое». Раньше здесь находилась Дровяная площадь, которую никогда не застраивали, а с 1918 года — радиобаза
, использовавшаяся для оборонных целей.
В год своего открытия, 1922-й, Радиобашня имени Коминтерна, как тогда называли шуховскую конструкцию, стала первым и главным источником радиосигнала в стране. В 1937-м она впервые передала телесигнал, 10 марта 1939 года началось регулярное телевещание. В эти годы шуховская конструкция стала главной советской телевышкой — и оставалась таковой до строительства Останкино.
Московский телецентр на Шаболовке, прямая трансляция из студии
Анатолий Гаранин / РИА Новости / Sputnik / Profimedia
Еще в 1920-30-е конструкцию запечатлел в своей знаменитой серии фотографий Александр Родченко, в те же годы она попала на обложку книги Владимира Маяковского «Летающий пролетарий», а в позднесоветские — на витраж Андрея Кузнецова на станции «Шаболовская», открытой в 1980-м. Башня на Шаболовке стала эмблемой Центрального телевидения и многих передач, включая новогодний «Голубой огонек», молодежную программу «Башня» конца 1990-х и межпрограммные заставки канала «Россия» в начале нулевых. 
Несмотря на то, что шуховские конструкции возводили еще в дореволюционные годы и Шухов не считал себя авангардистом, архитекторы того периода признали башню первым значимым символом новой архитектуры. Многие принципы, заложенные Шуховым, оказались созвучны им: его сооружение ничем не декорировано и эстетически самодостаточно, в то же время абсолютно функционально. 
Фотография Александра Родченко на обложке журнала «Новый зритель», № 1. 1928 год
Мосгубполитпросвет

Обложка книги Владимира Маяковского «Летающий пролетарий»
Издательство «Авиохим», 1925 год



Углы домов Хавско-Шаболовского жилмассива, одного из крупнейших жилых памятников московского рационализма
, указывают именно на Шуховскую башню; ориентируется на нее и конструктивистский дом-коммуна на улице Лестева, а также более поздние архитектурные проекты. В наши дни этот район активно застраивают жилыми высотками
 — и гиперболоид уже не кажется самым высоким сооружением. 
Разработку Шухова успешно использовали и в других странах, причем уже после смерти инженера: в 1963 году в японском городе Кобе построили 108-метровую башню в виде сетчатого гиперболоида по проекту бюро Nikken Sekkei. В 2003-м в качестве эксперимента шуховскую конструкцию возвели в Цюрихе швейцарские архитекторы Даниэль Рот и Александр Ком. 
Вдохновение в наследии инженера черпали самые знаменитые архитекторы, в том числе Фрай Отто
, Вернер Зобек
, Бакминстер Фуллер
и Норман Фостер, каждый из которых по-своему развил идеи Шухова. Бюро Фостера в 2019 году участвовало в выставке шуховских работ в Московском музее архитектуры имени Щусева, а сам архитектор в 2010-м в открытом письме призвал российские власти спасти Шуховскую башню от разрушения. Суперзвезда мировой архитектуры называл башню произведением искусства «ослепительного великолепия и огромной исторической значимости», а также «первой крупной достопримечательностью советского периода».
ЛЭП на Оке, опоры которых спроектировал Владимир Шухов. Сегодня сохранилась только одна из них — высотой 128-метров. Фото 1988 года
Игорь Казусь / Wikimedia Commons
Вещание прекратилось в 2002 году, с тех пор башня не действует. Все эти 20 с лишним лет к ней нельзя было близко подойти — мы и сегодня до конца не понимаем, в каком она состоянии. Как рассказывает Александра Селиванова, российские власти «явно не сильно хотели, чтобы туда какие-то люди проходили», ведь там «находится ВГТРК, а рядом вплотную расположен закрытый объект космической связи
».  
Но и без скрупулезного осмотра понятно, что конструкции нуждаются в серьезном ремонте и реставрации. За сто лет капитального ремонта не проводили ни разу. На башне «потихонечку прогрессирует» ржавчина, говорит Айрат Багаутдинов. В 1947 году конструкцию полностью обследовали и выявили коррозию
; металл очистили и нанесли антикоррозийную краску. После этого ее красили еще дважды: в 1950-м и 1964-м. 
Часть налета, по словам Багаутдинова, возникла из-за неудачного обновления в 1971 году. Тогда конструкцию обследовали специалисты ЦНИИПСК имени Мельникова — института, выросшего из проектного бюро, возглавляемого Шуховым. По результатам экспертизы решили укрепить фундамент и забетонировали основание. Делать этого было нельзя: по замыслу Шухова опоры должны оставаться подвижными — именно это свойство делает ее устойчивой при ветре; бетонная заливка напротив сцепила опоры у земли намертво. А еще усилила коррозию: ржавчина возникла именно там, где металлические стойки примыкают к фундаменту.
Несмотря на дефекты, за сто с лишним лет каркас выдержал все нагрузки: как сообщал Багаутдинов, из 30 тысяч заклепок выпала всего 31 (по последним данным, уже 55). В течение всего советского периода на вышку добавляли антенны и другое оборудование. В предвоенные годы пролетавший мимо почтовый самолет и вовсе зацепился за трос, соединяющий башню с соседней радиомачтой. Самолет упал, конструкция устояла.  
Башня на Шаболовке в 2017 году
Антон Денисов / РИА Новости / Sputnik / Profimedia
Почему новый проект нельзя назвать «реставрацией»Похоже, Российская телевизионная и радиовещательная сеть, владеющая башней сегодня, считает ее грядущий демонтаж достижением. По крайней мере на юбилее компании 13 августа замдиректора по экономике и финансам Алексей Попов не без гордости заявлял, что к этому результату они шли больше десяти лет и теперь «наконец запустили» работы. Когда башню демонтируют, в РТРС пока не уточняют — в конце августа компания еще оформляла проектную документацию и получала разрешения. Заместитель генерального директора по строительству и капитальному ремонту Станислав Белявский предположил, что в октябре процесс уже точно начнется. Конкретной даты начала работ пока нет.
По словам Белявского, «все, что можно восстановить — будет восстановлено», а «что нельзя восстановить, будет заменено на аналоги современными материалами». «Это будет точно такая же башня», — считает замдиректора по строительству и ремонту.
Но судя по проектной документации, последнее заявление Белявского не имеет ничего общего с действительностью. Проект «реставрации»
разработали в ЦНИИПромзданий — институте, который с 2011 года трижды обследовал башню. Судя по акту государственной историко-культурной экспертизы (ГИКЭ) от 7 июля 2025 года, башню демонтируют, возведут из нового металла и, возможно, сохранят некоторые стойки шестой, верхней секции — как наименее нагруженной. Заменят все элементы, которые потеряли несущую способность более чем на 5%. Более того, на получившейся новой конструкции установят смотровую площадку с лифтом — этот элемент, согласно ГИКЭ, доработают позже «в специальном проекте приспособления».
3 апреля 2026 года проект одобрила Главгосэкспертиза. Его также поддержали Минкульт и Минстрой. 
Еще недавно такая ситуация казалась невозможной. Замена металла, использованного Шуховым, ставит под угрозу предмет охраны — собственно, тот набор характеристик объекта культурного наследия (ОКН), который и должно оберегать государство. Для Шуховской башни, тогда — памятника регионального значения, этот перечень утвердили еще в 2014 году. Тогда в него входили стальные стержни, кольцевые элементы, заклепки, узлы и другие детали.
8 июля 2022-го предмет охраны для Шуховской башни переутвердили — и сделали формулировки более обтекаемыми. С тех пор по закону охраняется только «материал: металл». То есть формально башню действительно можно заменить на дубликат, главное — из того же материала и в тех же пропорциях. 
Как изменился документ?
Здесь мы дословно цитируем формулировки из предмета охраны Шаболовской башни.
До 2022 года закон гарантировал сохранность следующих параметров: 

• местоположение расположенной в глубине участка на открытом пространстве радиобашни 1922 года, ее градостроительные характеристики как высотной доминанты общегородского значения, роль в застройке улиц Шухова, Хавской, Шаболовки и квартала; 
• объемно-пространственная композиция круглой в плане, конусной металлической радиобашни 1922 года сетчатой конструкции, в том числе габариты и высотные параметры, включая единое полое внутреннее пространство; 
• конструктивное решение уникального инженерного сооружения 1922 года, в том числе прямые и кольцевые стальные конструктивные элементы шести сетчатых секций сужающихся кверху; 
• материал и конструкция радиобашни 1922 года, включая стальные прямые стержни и кольцевые элементы, соединенные заклепками, в том числе технологические особенности узлов, детали крепления и соединения 

После 2022 года: 

• местоположение башни в глубине участка по адресу ул. Шухова, 10; 
• градостроительные характеристики: высотная доминанта общегородского значения, играющая важную роль в застройке улиц Шухова, Шаболовки и всего прилегающего квартала; 
• объемно-пространственная композиция башни (на 1922 год): круглая в плане многоярусная конструкция, состоящая из шести решетчатых пространственных секций — гиперболоидов, постепенно уменьшающихся в диаметре;  
• конструктивное решение (на 1922 год): уникальное конструктивное решение инженера Шухова, представляющее собой шесть гиперболоидов вращения, состоящих из пересекающихся стержней, опирающихся концами в кольцо жесткости. Высота каждого гиперболоида около 25 метров; 
• Материал: металл  

На баланс РТРС башня перешла в 2002 году от Минсвязи; компания унаследовала ее вместе с охранным обязательством — перечнем действий, которые нужно выполнять для сохранности ОКН. Через год Юрий Лужков, на тот момент мэр Москвы, предложил отреставрировать памятник за счет бюджета Москвы, но только если его передадут городу. Федеральные власти отказались.
Еще раз Лужков обратил внимание на башню в 2008-м, назвав ее «объектом бедствия» и «позором» столицы. Через год он вновь предложил передать Москве сооружение и отреставрировать его за бюджетные деньги; тогда же фонд «Шуховская башня», которым руководит правнук инженера, Владимир Шухов, указывал на «критическое состояние» отдельных элементов.
В итоге Мосгорнаследие подало иск против компании за неисполнение охранного обязательства и выиграло суд, обязав РТРС за свой счет обследовать башню, а также разработать и согласовать с городскими властями полноценный проект реставрации. Но и это ни к чему не привело. Как позднее писали «Ведомости», все упиралось в многолетний спор Минсвязи и Минкультуры о том, кто из них должен содержать башню; ответа у ведомств не было, а значит и выделять бюджеты было некому.
Наконец, в 2011 году деньги на реставрацию выделило правительство РФ — 135 миллионов, но их не хватило. Когда смету посчитали детально, выяснилось, что организации «Качество и Надежность»
требуется на реставрацию 350 миллионов. Большую часть денег
вернули в казну, работы вновь отложили.
Таким образом, к 2014 году охранные обязательства не исполняли почти двенадцать лет. РТРС довольно откровенно объясняли, почему: собственного доступа к участку у компании нет, он со всех сторон окружен территориями ВГТРК, ЦНИИЛК
и ФГУП «Космическая связь». Чтобы пройти к своему же объекту, сотрудники вынуждены заказывать пропуска в ВГТРК. Площадь участка — около 25 соток, практически равна периметру башни, и на ней «невозможно организовать ни фотографирование посетителей, ни питание, ни пункт неотложной помощи, ни поставить биотуалеты». На тот момент РТРС уже были готовы передать башню вместе с участком какой-либо организации, специализирующейся на обслуживании и эксплуатации объектов культурного наследия.
7 марта 2014 года на заседании Общественной палаты замминистра связи Алексей Волин предложил демонтировать башню и отстроить заново в другом месте — например, в Парке Горького, или вообще за пределами Москвы, в Самаре. С 2021 Волин возглавляет ФГУП «Космическая связь» — то самое предприятие, закрытый объект которого стоит вплотную к башне. Москва отказалась забирать к себе шуховское сооружение из федеральной собственности. Министр правительства Владимир Ефимов написал в Минэкономразвития, что город считает это «нецелесообразным»
.
Фото 2014 года: рабочий показывает металлические детали башни, пораженные коррозией
Павел Головкин / AP / Scanpix / LETA


Павел Головкин / AP / Scanpix / LETA



Балка Шуховской телебашни, поврежденная коррозией. 2014 год
Павел Головкин / AP / Scanpix / LETA
После аннексии Крыма в том же марте 2014-го РТРС предложили и вовсе перенести башню на полуостров. «Если договоримся с Собяниным, то мы с удовольствием эту башню разберем и перевезем в Севастополь», — сказал руководитель компании Андрей Романченко 3 апреля. Он добавил:
Сам Шухов говорил, что башня простоит сто лет, а сейчас ей уже 92 года. С моей точки зрения, вряд ли удастся сохранить ее надолго. Металл и узлы башни находятся в неудовлетворительном состоянии. Надо сохранить инженерную мысль, а не ржавую конструкцию.В конце концов сооружение удалось отстоять — за башню вступились не только городские активисты, но и знаменитые российские и зарубежные архитекторы
, подписавшие открытые письма Путину.  
Осенью 2015 года с башни сняли антенны, чтобы разгрузить ее. Еще через год внутри установили массивные металлические опоры — градозащита сравнивала их с напольной вешалкой, а правнучка Шухова, Елена Шухова — с бесполезными костылями. Специалисты по наследию подчеркивали, что этот дополнительный внутренний каркас может помочь лишь на несколько лет, но полноценный проект реставрации совершенно необходим.
Эти «костыли», по словам исследователя Шухова Елены Власовой, «кардинально изменили внешний вид башни». Но что еще хуже, из-за них шуховские конструкции десять лет неправильно функционировали. Об этом же говорит историк архитектуры и кандидат искусствоведения Ольга Казакова: 
Башня находится в плохом состоянии, и одна из причин этого состояния — то, что в 2016 году в нее вставили огромные опоры, которые разрушили ее собственное равновесие. Все эти годы башня не работала так, как должна, и ее внешний облик был искажен.Еще раз о «масштабной реставрации» заговорили в конце 2020 года: тогда РТРС обещали бережное сохранение памятника без радикального вмешательства. Проекту так и не дали ход, а уже в мае 2026-го собственник сообщил, что 100-летний металл исчерпал ресурс, и единственный способ сохранить памятник — заменить его. Заявления о том, что конструкцию можно отреставрировать, в компании назвали «непрофессиональными».
Правнук инженера, Владимир Шухов, считает, что сохранить аутентичные материалы все-таки можно, но это дороже и дольше: классическая научная реставрация
займет не пару лет, в которые хочет уложиться РТРС, а «вплоть до 20». Если сейчас на это нет денег, объект нужно законсервировать
, считает Шухов-младший: 
Никто же не берет какую-нибудь вазу с трещинами XVI века, просто в клочья разбирает, говорит «это не пойдет, это не пойдет» и не ставит новые куски. Наследник инженера подчеркивает, что у башни три уникальные черты: конструкция, метод сборки и материал: «Если башня будет разобрана, потом пересобрана, или просто построена новая, то как минимум две составляющие уникальности [метод строительства и материал] будут потеряны». Однако собственник этого, кажется, не понимает: «…РТРС не нужна башня. Тогда [в 2014 году, когда уже предлагали демонтаж] они это говорили: вот мы разберем, а кто хочет, пускай заберет и что хочет, с ней делает».
Сооснователь градозащитного движения «Архнадзор» Рустам Рахматуллин также считает, что заказчик «должен оказать доверие альтернативным экспертам, не закрываться и все еще раз проверить». На вопрос, как использовать башню, он отвечает буквально — никак:
К этой башне нужно отнестись как к монументу. Использовать полезно монумент нельзя, он просто стоит, и на него садятся голуби. Если РТРС не использует башню как передатчик сигнала, значит, это монумент. А подвешивать к нему лифт, чтобы возить новобрачных, зарабатывать на этом деньги, или поднимать одного-двух человек сфотографировать Москву сверху — оно того не стоит. Вид на башню с земли. 2014 год
Павел Головкин / AP / Scanpix / LETA
Глава крупного московского архитектурного бюро Wowhaus Олег Шапиро также считает, что «превращение инженерного сооружения в аттракцион» рискованно:
Башня ценна своей предельной легкостью и прозрачностью — это чистая конструкция, где форма и есть смысл. Любое внутреннее наполнение неизбежно изменит ее характер. Она может сохранить силуэт, но утратить свою невесомость. Попытка сделать из нее аналог Эйфелевой башни [со смотровой площадкой] неочевидна: парижская башня изначально создавалась как публичное пространство, а Шуховская — как технический объект, и в этом ее подлинность. Не всякое наследие требует буквального «освоения».И в 2014 году, и теперь эксперты обращают внимание на то, что замена оригинального материала лишит башню шанса получить статус объекта Всемирного наследия ЮНЕСКО. «Поэтому башню нужно не переделывать, а аккуратно сохранять», — отмечает вице-президент фонда «Шуховская башня» Сергей Арсеньев. Он объясняет, что по той же причине — из-за нарушения аутентичности — не стоит устанавливать на башне лифт и смотровую площадку.
Бывшая директор Музея архитектуры имени Алексея Щусева Елизавета Лихачева пишет:
Памятник архитектуры — это не чертеж, не внешний облик, не геометрия конструкций. Памятник — это в том числе подлинный материал, а не демонстрация возможности построить сегодня нечто, внешне похожее на то, что было построено сто лет назад.Происходящее с башней Лихачева называет «преступлением против наследия», за которое будут отвечать «не только перед сегодняшней Москвой, но и перед теми, кто будет жить в этом городе после нас».
И она, и другие эксперты вспоминают другие конструкции Шухова, которые удалось спасти. В 2000-е и 2010-е у реставраторов действительно не было опыта работы с такими объектами, но в 2020-е в России удалось отреставрировать сразу три гиперболоидных башни. Все реставрации вели местные специалисты, и во всех заменяли не больше 5% металла.
Что это за реставрации? 
Еще при жизни Шухова и под его руководством самую первую из его башен передвинули из Нижнего Новгорода в Полибино, на территорию усадьбы Юрия Нечаева-Мальцова. В 2026 году ее отреставрировали, заменив только один сильно погнутый элемент. 
В 2020 году отреставрировали 128-метровую опору перехода ЛЭП через Оку под Дзержинском, построенную в 1927–1929 годы. Башня была в тяжелом состоянии: из сорока опорных стержней в определенный момент оставались двадцать четыре, конструкция накренилась, берег Оки размывало. Тем не менее ее отреставрировали и обработали от коррозии, восстановив лишь утраченные элементы. 
Еще один, самый выдающийся пример
 — в Выксе, где 38-метровую башню в 1933–1934 годы построили при Выксунском металлургического заводе. В 2025 году ее перенесли из промзоны в исторический центр: для этого конструкцию разобрали более чем на 500 элементов, отсканировали с помощью 3D, создали цифровую модель и промаркировали каждую деталь. 
Затем металл очистили от ржавчины, а утраченные части не заменяли целиком новым элементом, а восстанавливали методом лазерной наплавки. Болты делали с полусферическими шляпками, чтобы снаружи не отличались от заклепок. В тот же год проект отметили наградой «Архнаследия».


Лихачева не понимает, почему этот опыт нельзя применить в Москве:
Почему нельзя провести поэлементное обследование и реставрацию исторического металла? Почему нельзя восполнять локальные утраты, а не заменять элементы целиком? Почему невозможно поставить задачу сохранить не абстрактный «образ» Шуховской башни, а саму Шуховскую башню? Судя по всему, эти вопросы возникают не только у меня.Союза реставраторов 6 августа выпустил потребовал провести независимую экспертизу. Другие эксперты в области архитектуры призывали наложить на нынешний проект мораторий в Госдуме — и провести обследование конструкций с участием ЦНИИПСК им. Мельникова, ЦНИИСК им. Кучеренко и других профильных институтов. Полную замену они называют «муляжом».
К спасению башни призвали Архнадзор, фонд «Внимание» и другие проекты по популяризации и сохранению архитектурного наследия. В мае 2026 года, после первых новостей о демонтаже, профильный портал Архи.ру запустил открытую петицию. На момент написания этого текста подписи под ней оставили больше 10 тысяч человек. Телеведущий Андрей Малахов, который родился в Апатитах и продвигает там современное искусство, написал: «Давайте заберем ее в Апатиты!!!».