жила-была Лена
У Лены рыжие волосы и белая кожа. Лена невысокого роста. У Лены красивые сиськи, даже не сиськи, а скорее грудь. Лена любит слушать грустные песни на французском языке, например группу Nouvelle Vаgue, хотя ничего там не понимает. Лена вообще очень грустная и даже принимает специальные таблетки, чтобы жизнь казалась веселей. Жизнь действительно кажется веселей, но не настолько, чтобы быть веселой.
Однажды друзья уговорили Лену поехать на дачу. Лена согласилась и поехала значит вместе со всеми на дачу, праздновать то ли День Печати то ли день рождения чей-то. Сначала Лена помогала девушкам резать помидоры и хлеб, но потом порезала палец и тихо сидела на диване в уголке. Люди рассказывали анекдоты, какие-то реальные истории из реальной жизни, накладывали себе реальной картошки, впивались крепкими зубами в шашлыки, торопливо разливали водку по дачным разномастным стаканам. Все были веселы, и скоро стали еще веселей. Лене тоже было в общем ничего так, прикольно. Там был один молодой человек, Саша, то есть там было даже два или три Саши, но они все были разные, один был с плоским затылком и лысоватый, угловатый, бледноватый и довольно высоковатый. И скучноватый. Второй был кудрявый, громкий и с бешенными глазами, такие люди обычно безудержно шутят, а потом устают и сидят как будто внезапно обледенев, тупо перебирая струны на притихшей гитаре.
А третий вовсе был дурак с виду, все только молчал, ничего почти не ел, много пил, дольше всех смеялся над каждой шуткой и бочком, боясь кого-нибудь задеть, выходил покурить на улицу. Лена заметила, что этот Саша на нее положил глаз. Ну она конечно немного обрадовалась, все-таки приятно, но с другой стороны - он был весь какой-то такой хлипкий, несвежий какой-то, к тому же с женой и прелестненькой трехлетней дочкой.
Поэтому ничего не получилось. Хотя был момент. Утром все ушли на речку. Лена не пошла. И где-то через две минуты вернулся Саша. Она услышала, как открылась дверь, и сразу поняла, что это Саша. Саша зашел в комнату, где она свернулась на диванчике с книжкой, и стал ходить вокруг да около. Лена вела себя вызывающе, то есть смотрела не в книгу, а прямо перед собой.
- Ты не знаешь, где здесь розетка свободная? - спросил Саша. - Камера блин разрядилась.
- А. Да. Вон там вон должна быть.
- Где?
- Нет, с другой стороны.
Ну вот, вставил свою камеру заряжаться и ушел, только глянул на нее так тоскливо как-то, как будто оправдываясь. И ушел. Только его и видели.
Если честно, это был эпизод, не имеющий отношения к нашей истории, это была даже не предыстория, а просто так. А вот на следующий день, в понедельник вечером, Лена познакомилась в аське с Виталиком.
Виталик постучал к ней в аську и сказал что читает ее жж. Лена удивилась, но не очень, в глубине души она приняла это как должное, она давно там, в глубине, подозревала, что все умные и симпатичные мальчики читают ее жж. Виталик правда был не красавчик, но довольно смышленый.
Тут-то все и началось.
Виталику Лена правда понравилась - красивая, грустная, умная, ироничная, уставшая от жизни, сексуальная и сиськи опять же. Лена, надо сказать, любила анальный секс, и не скрывала этого. Зачем это скрывать? Я не могу представить себе жизненную ситуацию, в которой пришлось бы это скрывать. Даже в тюрьме. Ведь люди часто это скрывают, они не пишут например в резюме об этом, даже в разделе "О себе". А в жж можно. Поэтому Виталик, осознавая неформальность обстановки, сразу сказал:
- мне нравится легкий запах чего бы то ни было. у меня много слюны. я хочу смазать тебя и засунуть язык тебе в
Лена возбудилась. Дело в том, что у нее не было секса три месяца. Дело в том.
Вот так. Сначала поебались, потом подружились. Виталик оказался программистом, ну да ничего. Что-то сначала пытался рассказывать про веб два ноль, про виртуальное наследование - ну чтобы произвести впечатление. Лена про себя смеялась. Умный какой, надо же. Наверное хорошо зарабатывает )) Пиздец.
Но потом как-то так все постепенно сгладилось. И вкусов вроде общих не так много, и в то же время близость какая-то. Ну секс ладно, но ведь это по идее еще не все. Должно быть. Или все?
Или все? или все? боже мой господи боже мой мы же все так одиноки вот вроде бы протяни руку и коснись и человек рядом. Живой человек из плоти и мяса, но нет. Нет! Никого рядом, никого. Обтекают, как ртуть.
А Виталик думал так.
Он думал так: "Я хочу секса. Я хочу женщину. Я хочу молодую женщину. Я животное. Я животное-программист. Я хочу ебаться хуем в женщину. Что делать? Я сижу на работе, а после работы я вынужден прозябать или коротать. Одно из двух. На работе в общем-то тоже. А после работы выйдешь - а там они. Они же живые. Суки бля. У них там соски. И ягодицы. Я хочу их раздвинуть. Но я не могу. Силенок не хватает. Такова пропасть между реальностью и ирреальностью. Узкая, но непреодолимая, как анус этой прекрасной Лены. Где Лена, а где я?"
Лена, однако же, была вся как на ладони, и намного доступнее, чем это могло показаться даже Виталию.
Когда Виталий это понял, он затрясся от вожделения. Его охватило счастье. Не все знают что это такое. Я вообще склонен считать, что истинное счастье может посетить, да и то ненадолго, только по-настоящему несчастного человека, вроде Виталика. Виталик влюбился. Лена тоже постепенно втянулась, она была девушка отзывчивая, а Виталик в принципе ну нормальный такой мальчик. Не красавец может, сутулый немного, похудеть слегка не мешало бы, очки блин кошмарные где он такую оправу нашел, но зато любит. Нет, Виталик был хороший мальчик, правда. И Лена влюбилась. Любовь добра!
И решили они встретиться.
Да-да-да, они влюбились на расстоянии, посредством специальных протоколов международной сети Интернет. Такое бывает, и кстати довольно часто. Люди встречаются, люди влюбляются. Иногда даже женятся, преодолевая тысячи километров и даже миль. Влияние международной сети на мировую демографию мы рассмотрим в следующей передаче, а пока этот вопрос не должен нас волновать, потому что Виталик и Лена живут в одном городе. Такое тоже бывает.
Тут остается не совсем понятным, как же так, живя в одном городе, испытывая друг к другу вожделение, полюбив наконец друг друга очень даже искренне - они даже не попытались встретиться? Однако теории вероятности это тоже не противоречит. Это был очень большой город. Они пытались. Но Лена не любила выходить из дома, а Виталику было некогда и немного страшно. В интернете они себя чувствовали уютнее.
Я мог бы приложить логи их бесед на разнообразные темы, например был один познавательный спор о передаче "Школа злословия", были длительные сессии виртуального секса, были разговоры о политике, Израиле, Джонни Деппе, экзистенциализме и прочей ерунде. Но лучше я сразу расскажу об их встрече, это романтичнее.
Лена дала Виталику свой телефон - +7-906-066-96-23. Виталик предложил встретиться на Пушкинской площади, как положено:
mortaliy: давай на мушкинской. как положено.
whichever: на пушке?
mortaliy: ) ага, на пушке-мушке. под кудрявым ) не кленом, а поэтом.
mortaliy - это не mortality, это Морталий, так Виталик себя называл в аське, такое у него было чувство юмора, нормальное в принципе. У Лены был ник whichever, потому что ей было лень придумывать себе ник. Лена удивилась, что Виталик Пушку называет Мушкой, это не вязалось с его в принципе нормальным чувством юмора, ну да ладно.
Лена пришла вовремя. Все лавочки были заняты. Из перехода выходили молодые люди с букетами цветов, но все шли мимо. Через пятнадцать минут зазвонил телефон. Голос у Виталика был взволнованный:
- Лена?
- Йоу. Виталик?
- Привет. Ну ты где там?
- Я? Я стою вот перед нашим так сказать кудрявым всем.
- Я тоже
Звуки из трубки намекали на то, что Виталик уже не стоит, а идет:
- Стой где стоишь, я сейчас тебя... эээ... идентифицирую... Ты прямо перед памятником?
Лена совсем отчаялась узнать Виталика и искала глазами движущегося человека с телефоном возле уха. Такового не было.
- Я прямо перед памятником. Вокруг никого нет. Тебя не вижу.
- Я тоже. Но я тоже прямо перед памятником. В чем дело?
Лена решила что Виталик над ней сука стебется. Спрятался гад в кустах где-нибудь. Но тут Виталик сказал:
- Ты точно здесь? Ты не смеешься надо мной?
Лена не успела ответить - раздался пронзительный автомобильный гудок, и точно такой же, с запаздыванием в долю секунды, раздался из трубки.
- Ага, у тебя тоже бибикают! - обрадовался Виталик. - Значит ты здесь. Будем искать.
Они ходили туда сюда как идиоты минут пятнадцать, подпрыгивали, обнимались с фонарями, ложились на ступеньки кинотеатра "Россия", ругались, ссорились, извинялись, опять ругались. Лена прислонилась к столбу и сказала, что никуда больше не пойдет. Виталик сказал опять "стой где стоишь", потом разъединился, позвонил опять и сказал, что он сфотографировал столб. Под ним никого нет! Нет, ситуация правда была дурацкая, в конце концов они уже друг другу совсем не верили, окончательно обозлились, говорили друг другу что это не смешно и хватит уже блин! Особенно бесило почему-то, что Виталик продолжал называть Пушкина Мушкиным. Лена выключила телефон и спустилась в метро. Люди расступались перед ней.
Дома Лена почистила апельсин. Хотела поплакать, но передумала.
Вечером пришло письмо от Виталика. Пустое. С фоткой столба. Фотка, хоть и телефонная, но хорошая, большая - Лена узнала нищую бабушку, половина которой влезла в кадр. Она дала этой бабушке монетку. Лена полезла в "свойства" файла и посмотрела время, когда была сделана фотка - да, как раз тогда, когда она пылилась под столбом. Ерунда конечно, но все же. Лена стала внимательней разглядывать фотку, и вскоре убедилась, что Виталик дебил.
На столбе, на большом щите с характерной буквой "М", под которой обычно пишут название станции, было написано "Мушкинская". Очень искуссно сфотошоплено, даже не заметишь.
Лена удалила фотку, а заодно и все остальные его фотки, и письма, и логи, и юзера mortaliy вместе со всей его хистори, и наконец поплакала.
А Виталик-то, Виталик тем временем поехал опять туда, где он не встретил Лену, ходил один кругами, неприкаянный, несчастный, горемычный наш, пошел по Тверской, зашел в книжный магазин "Москва", горько разглядывал витрины, не замечая людей, застыл перед стеклянной, запертой на замочек полкой с дорогими изданиями. Десять шикарных, как валютные проститутки, книг показывали ему свои гладкие кожанные корешки с позолоченными буквами. Ценник с пятизначной цифрой пояснял "А. С. Мушкин. Полное собрание сочинений."
"Пушкин", вспомнил Виталик. "ПУШКИН! Ну и дура."
У Лены рыжие волосы и белая кожа. Лена невысокого роста. У Лены красивые сиськи, даже не сиськи, а скорее грудь. Лена любит слушать грустные песни на французском языке, например группу Nouvelle Vаgue, хотя ничего там не понимает. Лена вообще очень грустная и даже принимает специальные таблетки, чтобы жизнь казалась веселей. Жизнь действительно кажется веселей, но не настолько, чтобы быть веселой.
Однажды друзья уговорили Лену поехать на дачу. Лена согласилась и поехала значит вместе со всеми на дачу, праздновать то ли День Печати то ли день рождения чей-то. Сначала Лена помогала девушкам резать помидоры и хлеб, но потом порезала палец и тихо сидела на диване в уголке. Люди рассказывали анекдоты, какие-то реальные истории из реальной жизни, накладывали себе реальной картошки, впивались крепкими зубами в шашлыки, торопливо разливали водку по дачным разномастным стаканам. Все были веселы, и скоро стали еще веселей. Лене тоже было в общем ничего так, прикольно. Там был один молодой человек, Саша, то есть там было даже два или три Саши, но они все были разные, один был с плоским затылком и лысоватый, угловатый, бледноватый и довольно высоковатый. И скучноватый. Второй был кудрявый, громкий и с бешенными глазами, такие люди обычно безудержно шутят, а потом устают и сидят как будто внезапно обледенев, тупо перебирая струны на притихшей гитаре.
А третий вовсе был дурак с виду, все только молчал, ничего почти не ел, много пил, дольше всех смеялся над каждой шуткой и бочком, боясь кого-нибудь задеть, выходил покурить на улицу. Лена заметила, что этот Саша на нее положил глаз. Ну она конечно немного обрадовалась, все-таки приятно, но с другой стороны - он был весь какой-то такой хлипкий, несвежий какой-то, к тому же с женой и прелестненькой трехлетней дочкой.
Поэтому ничего не получилось. Хотя был момент. Утром все ушли на речку. Лена не пошла. И где-то через две минуты вернулся Саша. Она услышала, как открылась дверь, и сразу поняла, что это Саша. Саша зашел в комнату, где она свернулась на диванчике с книжкой, и стал ходить вокруг да около. Лена вела себя вызывающе, то есть смотрела не в книгу, а прямо перед собой.
- Ты не знаешь, где здесь розетка свободная? - спросил Саша. - Камера блин разрядилась.
- А. Да. Вон там вон должна быть.
- Где?
- Нет, с другой стороны.
Ну вот, вставил свою камеру заряжаться и ушел, только глянул на нее так тоскливо как-то, как будто оправдываясь. И ушел. Только его и видели.
Если честно, это был эпизод, не имеющий отношения к нашей истории, это была даже не предыстория, а просто так. А вот на следующий день, в понедельник вечером, Лена познакомилась в аське с Виталиком.
Виталик постучал к ней в аську и сказал что читает ее жж. Лена удивилась, но не очень, в глубине души она приняла это как должное, она давно там, в глубине, подозревала, что все умные и симпатичные мальчики читают ее жж. Виталик правда был не красавчик, но довольно смышленый.
Тут-то все и началось.
Виталику Лена правда понравилась - красивая, грустная, умная, ироничная, уставшая от жизни, сексуальная и сиськи опять же. Лена, надо сказать, любила анальный секс, и не скрывала этого. Зачем это скрывать? Я не могу представить себе жизненную ситуацию, в которой пришлось бы это скрывать. Даже в тюрьме. Ведь люди часто это скрывают, они не пишут например в резюме об этом, даже в разделе "О себе". А в жж можно. Поэтому Виталик, осознавая неформальность обстановки, сразу сказал:
- мне нравится легкий запах чего бы то ни было. у меня много слюны. я хочу смазать тебя и засунуть язык тебе в
Лена возбудилась. Дело в том, что у нее не было секса три месяца. Дело в том.
Вот так. Сначала поебались, потом подружились. Виталик оказался программистом, ну да ничего. Что-то сначала пытался рассказывать про веб два ноль, про виртуальное наследование - ну чтобы произвести впечатление. Лена про себя смеялась. Умный какой, надо же. Наверное хорошо зарабатывает )) Пиздец.
Но потом как-то так все постепенно сгладилось. И вкусов вроде общих не так много, и в то же время близость какая-то. Ну секс ладно, но ведь это по идее еще не все. Должно быть. Или все?
Или все? или все? боже мой господи боже мой мы же все так одиноки вот вроде бы протяни руку и коснись и человек рядом. Живой человек из плоти и мяса, но нет. Нет! Никого рядом, никого. Обтекают, как ртуть.
А Виталик думал так.
Он думал так: "Я хочу секса. Я хочу женщину. Я хочу молодую женщину. Я животное. Я животное-программист. Я хочу ебаться хуем в женщину. Что делать? Я сижу на работе, а после работы я вынужден прозябать или коротать. Одно из двух. На работе в общем-то тоже. А после работы выйдешь - а там они. Они же живые. Суки бля. У них там соски. И ягодицы. Я хочу их раздвинуть. Но я не могу. Силенок не хватает. Такова пропасть между реальностью и ирреальностью. Узкая, но непреодолимая, как анус этой прекрасной Лены. Где Лена, а где я?"
Лена, однако же, была вся как на ладони, и намного доступнее, чем это могло показаться даже Виталию.
Когда Виталий это понял, он затрясся от вожделения. Его охватило счастье. Не все знают что это такое. Я вообще склонен считать, что истинное счастье может посетить, да и то ненадолго, только по-настоящему несчастного человека, вроде Виталика. Виталик влюбился. Лена тоже постепенно втянулась, она была девушка отзывчивая, а Виталик в принципе ну нормальный такой мальчик. Не красавец может, сутулый немного, похудеть слегка не мешало бы, очки блин кошмарные где он такую оправу нашел, но зато любит. Нет, Виталик был хороший мальчик, правда. И Лена влюбилась. Любовь добра!
И решили они встретиться.
Да-да-да, они влюбились на расстоянии, посредством специальных протоколов международной сети Интернет. Такое бывает, и кстати довольно часто. Люди встречаются, люди влюбляются. Иногда даже женятся, преодолевая тысячи километров и даже миль. Влияние международной сети на мировую демографию мы рассмотрим в следующей передаче, а пока этот вопрос не должен нас волновать, потому что Виталик и Лена живут в одном городе. Такое тоже бывает.
Тут остается не совсем понятным, как же так, живя в одном городе, испытывая друг к другу вожделение, полюбив наконец друг друга очень даже искренне - они даже не попытались встретиться? Однако теории вероятности это тоже не противоречит. Это был очень большой город. Они пытались. Но Лена не любила выходить из дома, а Виталику было некогда и немного страшно. В интернете они себя чувствовали уютнее.
Я мог бы приложить логи их бесед на разнообразные темы, например был один познавательный спор о передаче "Школа злословия", были длительные сессии виртуального секса, были разговоры о политике, Израиле, Джонни Деппе, экзистенциализме и прочей ерунде. Но лучше я сразу расскажу об их встрече, это романтичнее.
Лена дала Виталику свой телефон - +7-906-066-96-23. Виталик предложил встретиться на Пушкинской площади, как положено:
mortaliy: давай на мушкинской. как положено.
whichever: на пушке?
mortaliy: ) ага, на пушке-мушке. под кудрявым ) не кленом, а поэтом.
mortaliy - это не mortality, это Морталий, так Виталик себя называл в аське, такое у него было чувство юмора, нормальное в принципе. У Лены был ник whichever, потому что ей было лень придумывать себе ник. Лена удивилась, что Виталик Пушку называет Мушкой, это не вязалось с его в принципе нормальным чувством юмора, ну да ладно.
Лена пришла вовремя. Все лавочки были заняты. Из перехода выходили молодые люди с букетами цветов, но все шли мимо. Через пятнадцать минут зазвонил телефон. Голос у Виталика был взволнованный:
- Лена?
- Йоу. Виталик?
- Привет. Ну ты где там?
- Я? Я стою вот перед нашим так сказать кудрявым всем.
- Я тоже
Звуки из трубки намекали на то, что Виталик уже не стоит, а идет:
- Стой где стоишь, я сейчас тебя... эээ... идентифицирую... Ты прямо перед памятником?
Лена совсем отчаялась узнать Виталика и искала глазами движущегося человека с телефоном возле уха. Такового не было.
- Я прямо перед памятником. Вокруг никого нет. Тебя не вижу.
- Я тоже. Но я тоже прямо перед памятником. В чем дело?
Лена решила что Виталик над ней сука стебется. Спрятался гад в кустах где-нибудь. Но тут Виталик сказал:
- Ты точно здесь? Ты не смеешься надо мной?
Лена не успела ответить - раздался пронзительный автомобильный гудок, и точно такой же, с запаздыванием в долю секунды, раздался из трубки.
- Ага, у тебя тоже бибикают! - обрадовался Виталик. - Значит ты здесь. Будем искать.
Они ходили туда сюда как идиоты минут пятнадцать, подпрыгивали, обнимались с фонарями, ложились на ступеньки кинотеатра "Россия", ругались, ссорились, извинялись, опять ругались. Лена прислонилась к столбу и сказала, что никуда больше не пойдет. Виталик сказал опять "стой где стоишь", потом разъединился, позвонил опять и сказал, что он сфотографировал столб. Под ним никого нет! Нет, ситуация правда была дурацкая, в конце концов они уже друг другу совсем не верили, окончательно обозлились, говорили друг другу что это не смешно и хватит уже блин! Особенно бесило почему-то, что Виталик продолжал называть Пушкина Мушкиным. Лена выключила телефон и спустилась в метро. Люди расступались перед ней.
Дома Лена почистила апельсин. Хотела поплакать, но передумала.
Вечером пришло письмо от Виталика. Пустое. С фоткой столба. Фотка, хоть и телефонная, но хорошая, большая - Лена узнала нищую бабушку, половина которой влезла в кадр. Она дала этой бабушке монетку. Лена полезла в "свойства" файла и посмотрела время, когда была сделана фотка - да, как раз тогда, когда она пылилась под столбом. Ерунда конечно, но все же. Лена стала внимательней разглядывать фотку, и вскоре убедилась, что Виталик дебил.
На столбе, на большом щите с характерной буквой "М", под которой обычно пишут название станции, было написано "Мушкинская". Очень искуссно сфотошоплено, даже не заметишь.
Лена удалила фотку, а заодно и все остальные его фотки, и письма, и логи, и юзера mortaliy вместе со всей его хистори, и наконец поплакала.
А Виталик-то, Виталик тем временем поехал опять туда, где он не встретил Лену, ходил один кругами, неприкаянный, несчастный, горемычный наш, пошел по Тверской, зашел в книжный магазин "Москва", горько разглядывал витрины, не замечая людей, застыл перед стеклянной, запертой на замочек полкой с дорогими изданиями. Десять шикарных, как валютные проститутки, книг показывали ему свои гладкие кожанные корешки с позолоченными буквами. Ценник с пятизначной цифрой пояснял "А. С. Мушкин. Полное собрание сочинений."
"Пушкин", вспомнил Виталик. "ПУШКИН! Ну и дура."
