БАБЬЕ ЛЕТО

Какая прелесть – погода сейчас. Тепло, солнечно, желтые листья летят вперемешку с багровыми. Лучшее время года, бабье лето... Ни жарко, ни холодно. На днях мне исполнится 37. Интересно, бабье лето – это про таких как я? “Меня на цифре 37 в момент бросает в жар”. Ха, его бросает... А как женщин бросает – поэт себе даже не представлял. Мужчине что, одной морщинкой больше, одной меньше, они себя со стороны все равно не видят, и даже имея совершенно гофрированную физиономию, приударяют за девочками... А женщине каково? Я вот вдруг вспомнила, что мне давно никто не свистел вслед. Я сразу запаниковала внутренне, напрягая память: как так – не свистят, не кричат, не причмокивают?.. Да, именно так. Но потом успокоила себя – мы же в Канаде. Это же не родная Алма-Ата, где, как сказал мне один земляк, “если мужчина вслед девушке ничего не скажет – у него сердце болеть будет”. Мужчины радуются своим дням рождения. Я не уверена, что у женщин так. У меня, например, в голове свербит: “37”, “37”, “37”. Потом я думаю: “Через три года – сорок”. И зажмуриваюсь, как при выстреле. Я все еще думаю, что я молодая женщина, а мама начинает свою критику со слов: “Бабе уже почти сорок лет, а она...” Мама - другая. Я себя внутри успокаиваю тем, что косметология развивается и старость современную женщину настигает куда как позже. Сделаю себе ботокс и всякие другие примочки, а то и перетяну физиономию на затылок – косметическую операцию произведу. Маме говорю: “Давай тебе сделаем?” Она читает и грызет яблоко. Отвечает лениво: -А зачем? -Красивее будешь. -А зачем? -Замуж выйдешь. -А зачем? -Счастливая будешь. -А я уже. Мама стареет бесстрашно. Как та актриса, которая сказала: “У меня всего одна морщинка – та, на которой я сижу”. А я все-таки перетяну себе лоб на затылок, и тогда глаза у меня будут дивные, звездные, как у Людмилы Гурченко. Но пока еще можно ходить со своей “мордой лица”. Пока еще не зима, а бабья осень. Еще тепло, еще нет ненастья, и все даже еще очень привлекательно. Во всяком случае так говорит мой муж. Я иногда вперюсь в него взглядом и думаю. “Чего ты?” – спрашивает. “Мне 37, понимаешь?”- говорю. “Мне тоже”,- беспечно отвечает. “Мужчины стареют позже, - обреченно сообщаю. – Ты будешь меня любить, когда мне будет 47?” – “Буду”. – “С морщинками?” – “Да”. – “С целлюлитом?”. – “Да”. Жить становится легче, хотя, конечно, мужчинам верить... Но у него тоже, слава Богу, волосы на затылке сильно поредели. Его это смущает, а меня тихо радует. А то я буду с морщинками и целлюлитом, а он при замечательной шевелюре. А зачем? Говорят, мужикам после сорока – бес в ребро. Так вот пусть лучше этот бес встретится с лысым персонажем. Испугается и убежит. Какая-нибудь женщина старше меня прочитает и скажет: “Дурочка вы, Эвелина. Где мои 37 лет?” Я согласна, 37 – это еще очень даже положительно. Но 25 – лучше. Я об этом. ...Боже мой! Какая за окном осень красивая! Ветер гонит листья, жара, а небо – предгрозовое. И непонятно, то ли грянет гроза, то ли нет. Да наплевать. Будь что будет. Эвелина АЗАЕВА [email protected]