Последние 10-15 лет были неблагоприятными для Канады. Наряду с упадком благосостояния произошло и ослабление тех качеств, которые делали наше общество великим, упадок того, что объединяло нас и делало предметом зависти всего мира: таких вещей, как стойкость, дружба и служение.

В этой серии статей авторы National Post размышляют о том, что мы потеряли.

Эми Хэмм: Канадцы, несмотря на старый стереотип о том, что они одни из самых вежливых людей на земле, серьёзно не отличаются хорошими манерами.

"Манеры — это показатель устойчивости культуры. Иногда они могут казаться чем-то незначительным (например, выбор правильной вилки во время ужина из нескольких блюд), но в то же время они представляют собой полезный кодекс поведения, отражающий то уважение — или неуважение, — которое мы испытываем друг к другу.

Сегодня канадская культура нестабильна — «локтями вверх», «локтями вниз», Maple MAGA, геноцидальное постнациональное государство или что-то ещё? — и канадцам, несмотря на старый стереотип о нас как об одних из самых вежливых людей на земле, явно не хватает хороших манер.

Есть как очевидные, так и менее заметные примеры. По крайней мере мне кажется очевидным, что незнакомцы теперь реже придерживают двери друг другу, чем десять лет назад. Людям всё чаще приходится напоминать, чтобы они уступали место в автобусе пожилым людям или беременным женщинам.

Мы без стеснения ходим в продуктовый магазин в пижаме. И слишком многие водители ведут себя на дорогах агрессивно и эгоистично. (Это мои личные наблюдения, хотя их подтверждает как минимум один опрос 2025 года, согласно которому 51% респондентов считают, что канадцы стали «менее вежливыми».)

Менее очевидное изменение: кажется, мы стали более грубыми и несдержанными в выражении своих мыслей.

Я вырос с пониманием старого правила: в определённых кругах и ситуациях не говорят о политике или религии. Нарушить это считалось посягательством на общественный порядок. Это могло оттолкнуть других людей и даже разрушить личные или профессиональные отношения. Зачем кому-то этого хотеть?

Когда-то существовало негласное соглашение, что мы можем судить о людях по их принципам и поступкам, даже не зная, за какую партию они голосовали на последних выборах.

Наше уважение к другим людям не зависело от того, придерживаются ли они «правильных» взглядов и постоянно ли их озвучивают. Но те времена прошли.

История манер полна примеров того, как социальные изменения — например, сексуальная революция 1960-х — сопровождались ослаблением социальных норм и правил приличия. Обычно это было связано с протестом против буржуазии или власти через отказ от устоявшихся норм поведения — тех самых норм, которые нередко разделяли общество по классам.

Но сегодняшнее разрушение манер ощущается иначе: оно меньше связано с борьбой против власти или необходимыми социальными изменениями и больше напоминает дешёвую демонстрацию собственной добродетели.

Так или иначе, о манерах люди размышляют уже столетиями.

Взять хотя бы Эразмуса Джонса (1817–1909), автора книги «Человек хороших манер». Многие его советы касались еды, плевков и различных телесных функций.

«Мы должны нарезать мясо маленькими кусочками и не класть их слишком большими в рот, чтобы щеки не раздувались», — писал Джонс.

Он также рассуждал о том, как люди выражают свои мысли.

«Некоторые люди думают, не разговаривая, а некоторые разговаривают, не думая. У одних почти нет идей за их словами, а у других почти нет слов для их идей. И те и другие неправы и должны исправить свои недостатки: одни — меньше думая, другие — больше думая; одни — изучая искусство говорить, другие — искусство мыслить», — писал Джонс.

Его советы полезны и для современных канадцев. Пожалуй, нет лучшего примера плохих манер, чем описанное им поведение: люди искренне уверены, что им есть что сказать, и говорят это, хотя никогда не проделали необходимой мыслительной работы, чтобы сформировать свои идеи.

Многие канадцы, похоже, считают, что единственное препятствие на пути к статусу современного политического «лидера мнений» — это наличие электронной почты для регистрации аккаунта в соцсетях.

Забудьте о фотографиях детей или собак для друзей — теперь важнее всего сообщить миру, что вы лучше любого, кто не согласен с вашим мнением по поводу очередной «актуальной темы».

Я не хочу знать политические взгляды каждого знакомого, каждого родителя на футбольных матчах моего сына или каждой бариста, которая увешивает себя значками и флагами, демонстрируя преданность тем или иным социальным движениям.

Меня это утомило.

Я не больше хочу знать политические убеждения случайного человека, чем подробности его работы кишечника.

Более того, рискну сказать, что я скорее предпочла бы услышать, как кто-то выпускает газы, чем снова слушать бесконечные рассуждения о том, почему этот человек отказывается ездить в США в нынешнем политическом климате.

Первое хотя бы может оказаться новым и смешным.

И, кстати, говорю это как человек, который зарабатывает на жизнь выражением политических взглядов. Понимаю, что кому-то этот аргумент может показаться ироничным.

Но здесь есть важная оговорка: я понимаю, что в определённых ситуациях навязывать свои взгляды невежливо — например, в компании близких друзей или людей, которые сами выразили желание обсуждать подобные темы.

Вы, дорогой читатель, читаете этот текст по собственной воле — по крайней мере, я на это надеюсь.

Нетрудно понять, как разрушение некоторых норм поведения — например, тех, что когда-то запрещали плевать, мочиться или испражняться где попало в общественных местах, — связано с общим ослаблением общественной сплочённости и стабильности.

Менее очевидно то, как разрушение норм, связанных с разговорами о политике — или отказом от таких разговоров, — связано с тем же самым упадком.

Невежливо тащить свою политику с собой повсюду — во все социальные и профессиональные пространства, особенно если политика используется как дубинка для унижения или пристыжения потенциальных оппонентов.

Когда-то мы это понимали."

Подписывайтесь на наш Telegram-канал, чтобы всегда оставаться в курсе событий.