Согласно новому опросу, проведенному компанией Leger по заказу Ассоциации канадских исследований (ACS), почти две трети жителей страны сохраняют связь со своими этническими корнями. Тем не менее, как показывают данные, привязанность к канадской национальной идентичности остается значительно более сильной.
Связь со своим происхождением широко распространена по всей стране. О ней заявляют 67% жителей Квебека и Атлантической Канады, 66% — в Британской Колумбии и 65% — в Онтарио. В Альберте, Саскачеване и Манитобе этот показатель составил 57%.
В целом по стране 64% канадцев отметили привязанность к своим корням, при этом 28% назвали эту связь «очень сильной». Чаще всего об этом заявляют жители Квебека и Британской Колумбии (33% и 32% соответственно).
«Относительно высокий процент "очень привязанных" к своим корням жителей Британской Колумбии, вероятнее всего, связан с демографическим разнообразием, историей иммиграции и значительной долей азиатского, европейского и коренного населения», — отметил в электронном письме изданию National Post Джек Джедваб, президент ACS. «Многие жители этой провинции могут иметь относительно недавние или четко прослеживаемые связи со своими предками».
В то же время 82% респондентов заявили о своей привязанности к Канаде, причем 50% чувствуют ее «очень сильно». Однако здесь наблюдаются значительные региональные различия. В Атлантической Канаде этот показатель достигает 92%, тогда как в Квебеке он составляет лишь 73%. В Альберте привязанность к стране чувствуют 84% опрошенных, а в Британской Колумбии, Саскачеване и Манитобе — 88%.
Лишь 33% жителей Квебека заявили об «очень сильной» привязанности к Канаде. Для сравнения, в Атлантических провинциях этот показатель равен 63%, в Альберте — 58%, в Британской Колумбии — 55%, а в Саскачеване и Манитобе — 49%.
Опрос также выявил поколенческие различия. Молодежь в возрасте 18–24 лет (36%) и люди предпенсионного возраста 55–64 лет (34%) практически в равной степени заявляют об «очень сильной» связи со своими этническими корнями. В то же время среди респондентов промежуточных возрастных групп этот показатель заметно ниже (от 22% до 24%).
«Для группы 18–24 лет происхождение может быть особенно важным, поскольку в этом возрасте идет активный поиск и определение собственной идентичности, — считает Джедваб. — Кроме того, молодые канадцы выросли в среде, где открыто обсуждаются вопросы этнической принадлежности, многообразия и культурного признания». Что касается людей в возрасте от 55 до 64 лет, то, по мнению эксперта, их привязанность может отражать возвращение к генеалогии в более зрелом возрасте, а также дань семейным традициям и памяти о родителях. «Часть этой группы составляют иммигранты или дети послевоенных иммигрантов, для которых культура предков сохраняет личную значимость», — добавил он.
Исследование также показало разницу между привязанностью к Канаде и к своим корням. Например, у самых молодых и самых старших респондентов этот разрыв оказался одинаковым и составил 22 процентных пункта. Однако, по словам Джедваба, причины этого разные. «Среди молодежи 18–24 лет привязанность к обеим идентичностям высока: 85% чувствуют связь с Канадой и 63% — с корнями. Их канадская идентичность широка, но менее интенсивна (лишь 40% говорят об "очень сильной" связи с Канадой). По сути, молодые канадцы могут ценить свое происхождение, продолжая считать Канаду более широким политическим и социальным сообществом, к которому они принадлежат».
В отличие от них, среди респондентов старше 65 лет привязанность к Канаде достигает 89%, а к этническому происхождению — 67%.
Вполне закономерно, что иммигранты чаще, чем уроженцы страны, чувствуют связь со своим этническим прошлым (78% против 62%). Однако они также немного чаще заявляют о привязанности к Канаде (85% против 81%). Аналогичная ситуация, как отметил Джедваб, наблюдается и среди расовых меньшинств: 75% из них сообщают о связи со своими корнями (по сравнению с 62% белых респондентов), тогда как уровень привязанности к Канаде у обеих групп одинаков и составляет 82%.
Еще одним важным фактором оказался основной язык общения. У англофонов разрыв между привязанностью к Канаде и к своему происхождению составляет 22 пункта (84% против 62%). У аллофонов (тех, для кого родной язык не английский и не французский) оба показателя высоки: 89% привязаны к Канаде и 84% — к этническим корням. У франкофонов этот разрыв составляет всего пять пунктов, однако оба показателя у них значительно ниже: 70% чувствуют связь с Канадой и 65% — со своим происхождением.
Джедваб полагает, что более низкие цифры среди франкофонов связаны с тем, что их идентичность «часто выражается через привязанность к Квебеку, французскому языку и обособленному национальному или культурному сообществу». «Франкофон, чья семья живет в Квебеке уже несколько столетий, может не воспринимать Францию как центральный элемент своей идентичности. Его главной коллективной идентичностью скорее будет квебекская или франко-канадская», — пояснил он.
По словам эксперта, результаты по Квебеку привели к одному из самых неожиданных выводов опроса. Молодые квебекцы в возрасте 18–24 лет оказались больше привязаны к Канаде, чем население провинции в целом (84% против 71%). И хотя только 37% молодежи заявили об «очень сильной» связи с Канадой, еще 47% отметили, что чувствуют ее «в некоторой степени».
«Молодые квебекцы, возможно, более открыты к совмещению обеих идентичностей без необходимости решать конституционный вопрос, который так заботил старшие поколения, — резюмировал Джедваб. — И это несмотря на то, что сторонники суверенитета пытаются создать впечатление, будто новое поколение квебекцев является движущей силой независимости. Данные этого не подтверждают».
Онлайн-опрос Leger проводился с 10 по 12 июля. В нем приняли участие 1505 канадцев. Для вероятностной выборки аналогичного размера погрешность составила бы плюс-минус 2,5%, 19 раз из 20.
