Спустя год после принятия правительством Марка Карни закона о единой экономике свободная торговля внутри Канады так и не стала реальностью. Обещания властей столкнулись с нежеланием провинций устранять торговые ограничения, что продолжает наносить ущерб бизнесу и экономике страны.

Когда Лорен Скиннер Буксевич в прошлом году впервые почувствовала политический импульс, направленный на устранение межпровинциальных торговых барьеров в Канаде, она решила, что для винодельни ее семьи настало время выйти на национальный уровень.

Тарифы и угрозы суверенитету со стороны президента США Дональда Трампа вызвали в обществе тревогу за будущее канадской экономики, в частности — за возможность дальнейшего экспорта на важнейший для страны рынок. Это быстро привело к волне поддержки канадских производителей и продавцов.

Одним из ключевых шагов в ответных мерах премьер-министра Марка Карни стало решение наконец-то избавиться от дорогостоящих межпровинциальных торговых барьеров, которые тормозят канадскую экономику со времен Конфедерации и остаются главным препятствием для роста.

В июне прошлого года недавно переизбранное либеральное правительство приняло «Закон о единой экономике Канады» (One Canadian Economy Act), который включал обещание Оттавы устранить федеральную часть этих внутренних барьеров до 1 июля 2026 года.

Год спустя, хотя федеральные барьеры — которые на самом деле никогда не были главной проблемой — в значительной степени устранены, более масштабная цель по достижению свободной торговли внутри Канады вновь зашла в тупик. И, несмотря на нынешнюю тревогу по поводу международных соглашений о свободной торговле, межпровинциальные соглашения о свободной торговле 1995 и 2017 годов, а также Конституцию, в которой говорится, что товары из одной провинции должны «беспрепятственно допускаться в каждую из других провинций», власти канадских регионов продолжают отвергать преимущества экономического союза.

Для таких предпринимателей, как Скиннер Буксевич, управляющего директора винодельни Painted Rock Estate Winery в Пентиктоне (Британская Колумбия), остается загадкой, куда исчез весь тот импульс, что был год назад. По ее словам, несмотря на все разговоры и бесчисленные созвоны в Zoom, ее винодельне по-прежнему проще и дешевле продавать свой фирменный красный купаж в стиле бордо в таких зарубежных странах, как Германия, чем в других канадских провинциях.

Как и многие канадцы, Скиннер Буксевич не понимает, как такое возможно и в чем заключается выгода для страны.

Если бы винодельне разрешили торговать по всей Канаде без барьеров, семейные виноградники площадью 27 акров могли бы расширить продажи и способствовать продвижению канадского винного бренда. Но винодельческая отрасль — не единственная. Подобная ситуация наблюдается в значительной части экономики, включая производство строительных материалов, сельское хозяйство и длинный список профессий.

«Канадцы хотят иметь возможность покупать канадские товары», — говорит Скиннер Буксевич.

И, возможно, хуже всего то, что винодел опасается, что страна упустила свой шанс наконец-то стать экономическим союзом. «Я очень не хочу, чтобы этот момент был упущен», — добавила она.

Дон Драммонд, бывший главный экономист банка TD, а до этого — Министерства финансов Канады, отметил, что в последние месяцы наметился лишь ограниченный прогресс в выполнении обещания ликвидировать провинциальные торговые барьеры — и столь же слабое давление на провинциальных политиков, которые, похоже, готовы упустить этот момент.

По его словам, канадцы вполне обоснованно обеспокоены торговыми барьерами с США и другими странами, однако проявляют беспечность в отношении отсутствия реального экономического союза внутри самой Канады.

«В этом нет никакого смысла, — подчеркнул Драммонд, который сейчас является научным сотрудником аналитического центра Института К.Д. Хоу (C.D. Howe Institute). — Глобальная неопределенность должна была бы стать достаточным катализатором, но этого не происходит».

Правительство Карни согласно с этой оценкой. Министр по межправительственным делам Доминик Леблан в понедельник встретился со своими провинциальными и территориальными коллегами, а позже выпустил заявление, в котором подчеркнул важность устранения барьеров, ускорения процесса и выполнения обязательств, взятых ранее в этом году.

Эти обязательства, которые по большей части остались невыполненными, включали унификацию процессов согласования строительных материалов и внедрение цифровых государственных реестров для ускорения проверки квалификаций. Министры планируют вновь встретиться в августе в Икалуите (Нунавут).

Со Рин Ю (SeoRhin Yoo), старший политический аналитик по межпровинциальным делам Канадской федерации независимого бизнеса (CFIB), отметила, что между некоторыми провинциями были заключены двусторонние соглашения, которые немного сдвинули дело с мертвой точки, однако политическая воля за последний год, похоже, угасла.

«Похоже, что энтузиазм правительств в отношении внутренней торговли начинает иссякать», — сказала она.

Например, предполагалось, что к концу мая все 10 провинций и территория Юкон подпишут соглашение о прямых поставках алкоголя потребителям, однако ни одна из юрисдикций, кроме Нью-Брансуика, не добилась практически никакого прогресса. Тот факт, что срок прошел без особого шума, не сулит ничего хорошего ни в отношении будущих дедлайнов, ни в отношении заинтересованности провинций в достижении более широких целей, отметила Ю.

Леблан назвал срыв сроков «разочаровывающим», но выразил надежду, что соглашение все же будет реализовано до конца лета.

Какова реальная стоимость всех этих барьеров?

Среди экономистов ведутся споры о том, насколько сильный экономический подъем вызвала бы отмена провинциальных торговых барьеров, однако нет сомнений в том, что страна теряет деньги, рабочие места и хорошее вино.

В большинстве исследований делается вывод, что межпровинциальные торговые барьеры обходятся канадской экономике в сумму от $50 млрд до $130 млрд в год в виде недополученной экономической активности, что составляет примерно от 1,9% до 4,9% валового внутреннего продукта (ВВП). Недавно Международный валютный фонд (МВФ) подсчитал, что Канада могла бы увеличить свою экономику на 7%, если бы устранила внутренние торговые ограничения. По последним оценкам Deloitte Canada, полная ликвидация барьеров со временем могла бы привести к росту канадской экономики на $881 млрд.

Независимо от конкретных цифр, устранение или снижение торговых барьеров означало бы усиление конкуренции, что почти всегда приводит к снижению цен и улучшению обслуживания покупателей. Это также означает, что некоторые отечественные компании, например винодельни, выиграли бы от расширения своих рынков сбыта внутри Канады. Это позволило бы им увеличить масштабы производства, снизить издержки и, возможно, продавать больше за рубеж, что принесло бы дополнительную выгоду канадской экономике.

Кроме того, как и любой рост продаж, это обычно сопровождается увеличением инвестиций и найма новых сотрудников, что в свою очередь приносит дополнительные доходы в государственную казну и способствует развитию населенных пунктов, где работают эти компании.

Проблема, а также причина для беспокойства среди некоторых провинциальных политиков, заключается в том, что конкуренты из других провинций предложат лучшие цены или продукцию, чем местные предприятия, что приведет к снижению объемов продаж у тех, кто выигрывает от отсутствия конкуренции. И иногда такие компании имеют значительное влияние в провинциальной политике.

Однако во многих случаях, как, например, с винодельнями из Британской Колумбии, Онтарио и Новой Шотландии, это чаще означало бы, что они отнимут долю рынка и место на полках не у местных производителей, а у конкурентов из Южной Америки, Австралии или Европы.

И тем не менее многие провинции относятся к пиву, вину и другому алкоголю из других частей Канады так, как будто они импортированы из-за рубежа. Провинциальные советы по контролю за оборотом алкоголя (liquor boards), которые часто обладают монополией или почти монополией на оптовые закупки, как правило, применяют более высокие наценки на продукцию из других провинций. Либо они предоставляют преференциальный режим товарам из своей провинции через льготы и скидки, недоступные для товаров из других регионов.

Несмотря на то, что барьеры носят почти исключительно провинциальный характер, ни одно федеральное правительство на протяжении многих лет не хотело тратить политический капитал на то, чтобы обеспечить провинциям дополнительную мотивацию (с помощью стимулов или штрафов) для их устранения.

Аналитики подчеркивают, что с дорогостоящими провинциальными барьерами сталкиваются не только товары, но и люди.

Представители целого ряда профессий и обладатели различных квалификаций сталкиваются с бюрократическими препонами и другими препятствиями при простой попытке переехать в другую провинцию ради работы. Барьеры могут затронуть практически любую профессию, требующую провинциального лицензирования или сертификации, в том числе:

- стоматологов, фармацевтов и других специалистов в области здравоохранения и медицины; - водителей грузовиков, пилотов, операторов тяжелой техники и других работников транспортной сферы; - бухгалтеров, юристов, специалистов по финансовому планированию, агентов по недвижимости, страховых брокеров и представителей других профессиональных услуг; - электриков, плотников, сантехников и других квалифицированных рабочих; - инженеров, архитекторов и прочих специалистов в строительстве; - парикмахеров, барберов, воспитателей дошкольных учреждений и мастеров маникюра.

В подавляющем большинстве случаев, как отмечают аналитики, вопрос не в том, соответствуют ли навыки требуемому уровню, а в том, что в каждой провинции существует свой набор правил и квалификаций для оценки различных профессий. Например, по словам Со Рин Ю, Альберта не разрешает подиатрам из Саскачевана сразу же приступать к практике в своей провинции, так как власти видят различия в сфере деятельности. Эти специалисты даже не могут начать регистрацию для получения лицензии в Альберте, пока не завершат дополнительное обучение.

В некоторых случаях провинции привели свои правила в таких областях, как грузоперевозки, в соответствие с правилами соседних американских штатов (в связи с тем, что именно туда направлены их основные коммерческие транспортные потоки).

Но в большинстве случаев, как утверждают аналитики, межпровинциальные препятствия направлены на защиту местных интересов, что приводит к пустой трате времени и денег. По словам Ю, Нью-Брансуик не позволяет сертифицированным стилистам из других провинций использовать титулы «стилист» (hairstylist) или «парикмахер» (hairdresser) без предварительной регистрации в косметологической ассоциации этой провинции. А это означает необходимость сдачи экзамена, заполнения бумаг и уплаты пошлины в сотни долларов.

Эти барьеры не только раздражают и бьют по карману отдельных канадцев, которые хотят работать в других регионах страны, но и обходятся дорого экономике в целом. Когда работники могут свободно передвигаться, а их лицензии и сертификаты признаются по всей стране, это означает, что больше людей работают, а нехватка рабочей силы восполняется легче.

Хотя некоторые профсоюзы и провинциальные правительства могут предпочитать узкую выгоду от снижения конкуренции и защиты своих предприятий, экономисты отмечают, что более широкие последствия искусственных барьеров — это рост цен, безработица и неиспользование навыков там, где они больше всего нужны. Провинции, которые на этой неделе отмечали день рождения Канады и произносили привычные слова о покупке канадских товаров и путешествиях по стране, по-прежнему чувствуют себя неловко при упоминании идеи свободной торговли внутри Канады.

Для Скиннер Буксевич и других виноделен из долины Оканаган и со всей страны это означает, что они продолжат концентрировать свои силы и усилия по продажам в основном на своих небольших домашних рынках, а также на внешних рынках, таких как Германия.