В своем откровенном материале для National Post бывший детектив полиции Джули Мейер делится личной историей о том, как узнала шокирующие подробности о своем брате, который подозревается в организации масштабной финансовой пирамиды и обмане друзей и близких.

«Мой брат говорил, что у меня отличные ноги. Что возмущает меня больше самого факта таких слов, так это то, что тогда я считала подобный комментарий уместным, справедливой оценкой моей внешности. Мне было 22 года, ему — 28. Мне и в голову не приходило, что старший брат не должен смотреть на сестру в таком ключе.

Как я поняла, что мы со Стивом совершенно разные? Я имею в виду не обычные различия, а фундаментальные — наши ценности, этику, мораль, саму суть того, что делает людей теми, кто они есть. На протяжении многих лет наши взгляды сталкивались бесчисленное количество раз.

В университете я увлеклась психологией. В частности, скрытой работой разума и запутанными мотивами тех, кого общество считает преступниками. Было что-то захватывающее в поиске причин человеческого поведения, словно в решении головоломки, которую не видит никто другой.

В 2002 году криминальная психология и профилирование только зарождались. Чтобы получить диплом, на последнем курсе я посещала занятия по основам криминального профилирования. Мне этого было мало, и я заразилась идеей раскрытия преступлений.

Логично, что работа в полиции казалась идеальным выбором. Я ожидала, что она погрузит меня в мир, где моей задачей будет изучение преступников. Я подала заявление, прошла собеседования и оказалась лицом к лицу с ветераном полицейской службы.

Когда мы встали, чтобы попрощаться, он взял меня за локоть, притянул к себе и прошептал на ухо не совсем уместный комментарий: «От тебя так чертовски вкусно пахнет». Затем он повысил голос, чтобы услышали окружающие: «Добро пожаловать в полицию, моя дорогая. Мы рады, что вы с нами».

В таком мире мой брат Стив чувствовал себя как рыба в воде: в мире, где мужчины рождались с чувством собственного достоинства, а женщинам приходилось его заслуживать.

Я влетела в дом родителей практически дрожа от волнения, размахивая рабочим контрактом. Стив сидел с отцом за кухонным столом. Он поднял взгляд и смерил меня своим фирменным оценивающим взглядом. Лишь спустя годы я поняла, что не все старшие братья смотрят на своих сестер с таким презрением.

— Ты будешь копом? Серьезно? Ментом? — сказал он. — У тебя отличные ноги. Ты могла бы стать отличной секретаршей.

По мнению Стива, я никогда ни в чем не преуспею и никогда не смогу тягаться с мужчиной. Я отшутилась, будучи слишком гордой, чтобы показать, как сильно меня задели его слова.

И как же иронично, что когда я стала детективом, Стива остановил за проезд на красный свет один из моих коллег.

— Я знаю ваших, — сказал брат офицеру. — Моя сестра, Джули Мейер, работает с вами.

К тому времени я уже намеренно разорвала отношения со старшим братом. Наше общение прекратилось в декабре 2014 года после роскошной вечеринки в его доме, когда я окончательно поняла, что нам не по пути.

Стив использовал родство со мной, чтобы избежать штрафа. Забавно, что человек, критиковавший мой выбор профессии, в тот момент был безмерно рад, что его сестра служит в полиции. Наличие родственника-полицейского наверняка помогало отвлекать внимание от его дел.

Потребовалось время до 2023 года, чтобы мир узнал, что имя моего брата, Стивена Хаймбекера, станет синонимом жадности и манипуляций, и что его обвинят в хищении около 150 миллионов долларов.

**Банкротство и первые подозрения**

В ноябре 2023 года я узнала, что моего брата подозревают в мошенничестве. Информация поступала по крупицам — только так я могла осознать масштаб его предполагаемой финансовой пирамиды, связанной с ипотечным брокерским бизнесом.

Стив и его бывшая компания Nestig Inc. фигурируют в более чем дюжине гражданских исков в судах Онтарио, где их обвиняют в нецелевом использовании средств инвесторов. В одном из случаев суд уже признал его виновным в мошенничестве. Уголовные обвинения полицией региона Ватерлоо пока не предъявлены, но расследование продолжается.

Во время одного из визитов к родителям я заметила на их холодильнике вырезку из газеты. Это было крошечное объявление: «Юридическое уведомление — по делу о банкротстве Стивена Ли Хаймбекера».

Стив обанкротился? Человек, который летал на частных самолетах, дарил жене роскошные украшения, владел недвижимостью во Флориде и фермой для скаковых лошадей?

Я давно подозревала, что ипотечный брокер не может позволить себе столь показную роскошь. Увидев объявление, я не смогла сдержать смех. Человек, который хвастался, что зарабатывает за месяц больше, чем я за год, публично признал свое поражение.

Я позвонила среднему брату, Брэду, с которым мы договаривались держать друг друга в курсе семейных дел. Оказалось, он знал о финансовых трудностях Стива, но не придал этому значения.

**Сумма исков достигла почти 150 миллионов долларов**

К концу 2023 года мы с родителями собрались перед экраном компьютера, чтобы посмотреть виртуальное слушание по делу о банкротстве Стива.

Когда я подключилась, то увидела переполненный зал заседаний. Многие присутствующие не были чужими для нашей семьи: друзья, родственники, знакомые.

Затем вошел Стив. В документах значился список кредиторов — бесконечный перечень людей, которым он задолжал деньги. Общая сумма требований на тот момент составляла около 108 миллионов долларов. Позже эта цифра вырастет почти до 150 миллионов.

Внезапно один из присутствующих спросил в лоб:
— Стив, у тебя есть зависимость от алкоголя? А от азартных игр? Где деньги, Стив?

Затем вмешалась женщина в слезах:
— Стив, ты забрал у нас все. Мы потеряли дом. Мы с детьми в приюте. Что с тобой не так? Ты же обещал вернуть деньги с процентами!

Стив ответил пугающе небрежно:
— Не волнуйтесь, я верну ваши деньги.

Пожилой мужчина добавил:
— Я был твоим IT-специалистом. Я отдал тебе все свои сбережения за 45 лет работы. Теперь у меня ничего нет. Единственное, о чем я думаю — это покончить с собой.

Моя мама вскочила со стула: «Это слишком, я не могу на это смотреть». Мы с отцом сидели в шоке, слушая, как раскрываются тайны, которые Стив скрывал годами.

**Удар от близких**

Сидя в машине возле дома родителей после трансляции, я дала волю слезам. Я была в ярости на нашего среднего брата Брэда, который, как мне казалось, знал о проблемах Стива и покрывал его.

Я написала ему сообщение, в котором высказала свое возмущение. Ответ Брэда лишил меня дара речи.

«Я тоже один из его потерпевших, — написал он. — Он должен мне много денег, которые, как я теперь понимаю, могу никогда не получить обратно».

Стива обвинили в том, что он забрал деньги даже у собственного брата.

***

Джули Мейер ушла в отставку из полиции Гуэлфа в 2020 году в звании сержанта после 18 лет службы. Сегодня она работает частным детективом.

*Примечание редактора National Post: Редакция обратилась к Стивену Хаймбекеру за комментариями по поводу этих обвинений. Он заявил, что «признает прошлые ошибки и сожалеет о причиненном ущербе», однако отказался комментировать конкретные обвинения, сославшись на продолжающиеся судебные разбирательства.*