4 апреля Павел Дуров наконец-то прокомментировал блокировку телеграма в России. Однако его пост, в котором он рассуждает о «цифровом сопротивлении» (по-английски), все равно не отвечает на многочисленные вопросы, накопившиеся как у журналистов, так и у обычных пользователей. При этом ситуация с мессенджером не изменилась: он практически не работает без VPN. На прошлой неделе «Медуза» попросила читателей рассказать, что бы они хотели узнать у Дурова. Рассказываем, какие темы действительно интересуют россиян. Как и обещали, мы передадим ему ваши вопросы (и свои тоже).

Павел Дуров признал, что телеграм в России фактически заблокирован. Тем не менее, он подчеркнул, что 65 миллионов россиян продолжают ежедневно пользоваться мессенджером с помощью VPN.
Дуров добавил, что попытки властей ограничить телеграм и средства обхода блокировок приводят к масштабным проблемам в рунете. В качестве примера он упомянул произошедший накануне сбой в работе российских банков.
Свое заявление Дуров завершил пафосным обращением:
Добро пожаловать обратно в Цифровое сопротивление, мои российские братья и сестры. Вся страна мобилизована для обхода этих абсурдных ограничений. Тысячи людей создают VPN и прокси. Мы же продолжим адаптироваться, делая трафик Telegram более сложным для обнаружения и блокировки.Последние слова, вероятно, относятся к очередному обновлению, вышедшему примерно в то же время и устранившему одну из уязвимостей мессенджера. Из-за нее Роскомнадзор мог легко отслеживать трафик телеграма. Насколько эта мера поможет против блокировки, пока непонятно.
Представители сообщества «Хабр» утверждают, что заслуги самой команды телеграма в этом практически нет. По их словам, основную работу по выявлению и устранению уязвимости проделали сторонние разработчики. Но их вклад команда мессенджера никак не отметила.
Вот как отреагировал на слова Дурова о «цифровом сопротивлении» один из анонимных участников сообщества:
Комьюнити боролось не за сопротивление цензуре, а за продолжение пользования удобным мессенджером, в котором миллионы обычных людей пересылают котиков, фотки цветов, обсуждают в домовом чате, кто загадил лифт, решают рабочие вопросы. Наши мамы, папы, бабули и дедули, шлющие открытки в чатах — не оппозиционеры, размахивающие флагом цифрового сопротивления. Это обычные люди. И таких 99,9% среди пользователей ТГ.К сожалению, пост Дурова не отвечает на большинство вопросов о том, как команда телеграма противостоит — или планирует противостоять — блокировке мессенджера в России. Это очередное программное заявление без конкретики.
Поэтому большинство вопросов, которые «Медуза» сформулировала в конце марта, остаются открытыми:

• Почему вы почти не комментируете ограничения телеграма и попытки властей его заблокировать в последний год?
• Ведете ли вы переговоры с властями России о сохранении мессенджера в стране?
• Почему с телеграма сняли ограничения в 2020 году? Были ли у вас договоренности с российскими властями? Какие?
• Что делает сама команда телеграма, чтобы помочь россиянам обходить блокировки? И насколько в этом процессе велика роль сообщества?
• Что будет с телеграмом в России, если власти страны действительно полностью его заблокируют?

Что мы уточнили в вопросах
Один из вопросов мы уточнили. Изначально «Медуза» хотела спросить у Дурова, будет ли телеграм бороться за русскоязычную аудиторию. Пост Дурова подтверждает, что такая заинтересованность у его команды есть. Теперь мы хотим узнать, какие конкретно шаги предпринимают разработчики мессенджера — и прояснить роль сообщества в спасении телеграма.


Эти вопросы мы отправим Павлу Дурову.
В список мы добавим еще один вопрос, который читатели «Медузы» прислали нам больше всего раз. Его можно сформулировать так: 

• Одним из вариантов спасения телеграма в России часто называют добавление поддержки mesh-сетей
  . Это позволит мессенджеру работать даже в условиях мобильных шатдаунов, передавая данные по Bluetooth или Wi-Fi. Рассматриваете ли вы такой сценарий?

Надеемся, что об остальных вопросах Павел Дуров сможет узнать из этого материала (ссылку на него в письме к нему мы приложим).
Вынуждены отметить, что многие участники опроса «Медузы» прислали нам не конкретный вопрос, а оскорбления в адрес основателя Telegram (увы, ругательства были примерно в каждом пятом сообщении).
На втором месте после mesh-сетей — тема взаимоотношений с российским властями. А точнее — чего именно опасается Дуров, отказываясь от борьбы с ними. Вот некоторые примеры таких вопросов:

• Действительно ли стоимость открытой конфронтации с РКН за продолжение работы телеграма настолько велика, что вы готовы бросить больше 100 миллионов человек под поезд тоталитаризма?
• Павел, вас уже пытались отравить. Очевидно, вы боитесь продолжения. По этой причине вы не критикуете Путина?
• Боитесь ли вы за свою свободу и безопасность, особенно после преследования во Франции?

Почти такое же количество вопросов касалось мессенджера Telega — неофициального (опасного!) телеграм-клиента от разработчиков из Казани.

• Почему ничего не делается по поводу приложения Telega? Неужели настолько пофиг на перехват данных буквально миллиона аккаунтов? Почему не блокируется их канал, их бот, не фильтруются IP-адреса их датацентров, почему выдаются галочки каналам, рекламирующим телегу?
• Почему нет противодействия Telega? Реклама прекратилась, галочку сняли, но канал и бот до сих пор активны.
• Почему телеграм никак не препятствует работе явных фишинговых клиентов типа Telega, который нарушает лицензионное соглашение телеграма, прогоняет трафик через свои сервера в Казани, отключает шифрование, использует для [передачи] голоса сервера «Одноклассников», имеет панели «модерации» и доступа к сообщениям пользователей?

Некоторые читатели интересуются, насколько вообще рациональна гипотетическая борьба Telegram с РКН. С учетом того, что в России живет существенное количество пользователей платформы, но далеко не большинство из общего миллиарда. Впрочем, некоторые такие сообщения выглядят просто просьбой о помощи.

• Как изменился трафик/посещаемость мессенджера в марте?
• Интересен ли Вам российский рынок с точки зрения бизнеса и можете ли вы сравнить и прокомментировать возможные потери от ухода с этого рынка и сопротивления блокировкам?
• Почему вы игнорируете происходящее с мессенджером в России? Вы сами родом из РФ и должны понимать, что ваш мессенджер, которому поверили сотни тысяч людей, является важным каналом информации. Вы годами делали его достойным доверия, мощным инструментом. И мы доверились.

Помимо этого читатели прислали десятки других вопросов: о будущем протокола MTProxy (его разработала команда телеграма), о том, почему мессенджер не удаляет каналы российских пропагандистов, а также о том, стоило ли блокировать бот «Умного голосования»
перед выборами в Госдуму в 2021 году.
Отдельно интересуются странной реакцией команды мессенджера на недавний запрет пополнения баланса Apple ID со счета мобильного телефона:
Почему накануне 1 апреля через официальный канал приходит не инструкция с вариантами обхода блокировок, не объяснение, что делает команда телеграма, чтобы не потерять пользователей, а циничное предложение купить Premium-подписку? Причем с формулировкой, указывающей на то, что это, вероятно, последняя возможность купить этот тариф. А купить-то для чего? Чтобы не иметь возможности его использовать? Такие действия, конечно, о многом говорят.И все же многие пользователи верят, что Павел Дуров, несмотря ни на что, все же не бросит российскую аудиторию.

• Часть россиян понимает, что в условиях полного шатдауна любые попытки телеграма встроить прокси/VPN и прочие протоколы бесполезны. Но нам, наверное, важно чувствовать тут поддержку и не быть морально брошенными. Пожалуйста, не прекращайте борьбу с властью РФ, хотя бы вы, Павел. Хотя бы в интернете. Спасибо.
• Зачем задавать Павлу провокационные вопросы? Нужно понимать его положение, у него самый популярный мессенджер в мире. Конечно разные власти хотят регулировать его, и делается это не открыто, а тайно. Это нормальный вопрос безопасности любой страны. И вы хотите, чтобы он вам все это выложил? Это наивно и как-то даже неуважительно к нему. Думаю одного сообщения достаточно, без всяких вопросов: «Павел, пожалуйста сделайте так, чтобы в России можно было свободно пользоваться мессенджером телеграм и всеми его функциями». Все остальное нас не касается. Как они это сделают — уже не наше дело.

Фото на обложке: Giuseppe Cacace / AFP / Scanpix / LETA